Он ожидал очередного «почему», но Полину волновало другое.

— И тебе все равно… какая я?

— М-м… Ты красивая, неглупая, милая, добрая… Что не так?

— Все шутишь, — вздохнула Полина.

— Ничуть.

— Ладно, Дим. Это все приятно, но… — Еще один тяжелый вздох. — Не заставляй меня повторять это вслух. Я не смогу… больше не смогу…

Демон не видел ее лица, но, кажется, она опять заплакала.

— Ты в этом не виновата, — сказал он, крепче прижимая ее к себе. — Ты ни в чем не виновата.

— Виновата, — возразила Полина. — Если бы я не согласилась… ничего не было бы. Если бы не поехала в Питер…

— Никаких «бы», — строго произнес Демон. — История не терпит сослагательного наклонения. Все, это уже случилось. И да, об этом нужно забыть. К сожалению, такое случается. Но сейчас ты здесь, со мной, а я никогда тебя не обижу. И никому не позволю.

Она то ли хмыкнула, то ли фыркнула в ответ.

— Не веришь? — спросил он. — Что ж, тебя можно понять.

— Тебе верю. Это странно, но… верю, да.

— Почему же странно, — пробормотал Демон. — Я не насильник.

— Дело не в том, какой ты. Это я… была уверена, что никогда не позволю мужчине… мне страшно… но когда ты…

Полина совсем расклеилась: еле ворочала языком и несла бессмыслицу. Видимо, от пережитого стресса. Да и бессонная ночь сказывалась.

— Тебе надо поспать. — Демон поднялся, не выпуская ее из объятий. — Я отнесу тебя в комнату.

— Мне же надо ехать…

— Встреча во второй половине дня, ты успеешь отдохнуть.

— Не хочу…

— Не капризничай, а то накажу, — пообещал Демон.

Полина ожидаемо притихла. Наивная… Как она держалась столько лет? Ведь тоже должна была испытывать голод. Хотя… Да, она же придумала способ. И служение в монастыре — это тяжелый труд и долгие молитвы.

— Спи. — Демон опустил ее на кровать. — Не думай о плохом. Все позади.

Полина уснула сразу же, едва голова коснулась подушки. Он подождал немного, а после ушел к себе. Внутри все кипело от негодования. Ради Полины он сдерживался, боясь ее напугать, но желание покарать насильника никуда не делось. Ужасное состояние для юриста, соблюдающего закон. Вроде как и убил бы, да нельзя. И от собственного бессилия хочется крушить мебель.

Ничего, он найдет того, кто обидел Полину. И придумает способ его наказать. Тем более, связи в Питере появились.

Работа немного отвлекла. Время от времени Демон проверял, спит ли Полина, и уже всерьез подумывал отменить встречу с кейтерингом. Да гори оно все синим пламенем! Компания солидная, навряд ли они накормят гостей чем-то несъедобным. Он почти набрал номер менеджера, как раздался звонок.

«Студент» высветилось на экране. Ярослав?!

— Добрый день, Дмитрий Львович, — бодро произнес Ярик. — Не отвлекаю?

— Привет, привет. — Демон даже обрадовался, услышав его голос. — Неужели вернулся? Не отвлекаешь, говори.

— Так точно, — засмеялся он. — Мы можем встретиться?

— М-м… Сегодня точно нет. А зачем, если не секрет?

— Хочу поблагодарить лично за…

— Э, нет. Стоп, — перебил его Демон. — Вот давай без этого. Тут у нас с тобой чисто деловые отношения. А встретиться по-дружески — всегда пожалуйста. Тем более, я хочу познакомить вас с невестой.

— Нас?

— Тебя и Дашу, дурень. Как насчет субботы? Двойное свидание. Или у вас планы?

— Я спрошу у Даши, — дипломатично ответил Ярик.

— Отлично. Жду звонка. И вот что, Ярослав…

— А?

— С возвращением.

Не успел Демон отложить телефон, как услышал робкий стук в дверь.

— Дим… Ты занят?

В приоткрывшуюся щелочку заглянула Полина.

— Заходи. Я тебя разбудил?

— Нет, сама проснулась. Мне пора ехать. Давай спину помажу.

— Э-э… Я и забыл про нее. Оставайся, поспи еще, я отменю встречу.

— Нет, я поеду, — возразила Полина.

Демон не стал спорить. Пусть лучше отвлечется, даже если и с Ильей, от одного упоминания имени которого у Демона сводило зубы. Нет, правда. Глупо предполагать, что Полина прыгнет к кому-то в постель после того, что сегодня рассказала. Доверие должно быть обоюдным.

И даже на болезненные процедуры согласился.

— Дима, я хочу попросить кое о чем, — сказала Полина, закончив лечение. — Только серьезно, без всех этих… игр.

— Я тебя слушаю.

— Давай сделаем вид, что ничего не было.