Не визжит, не кричит, даже не прыгает, но по Ие всегда видно, как ей приятно. Видно как улучшается её настроение. Это цепляет. Дорогие подарки она не принимает, во всяком случае, без повода. С поводом — завтра проверим.

Всю дорогу болтаем с ней ни о чем, зато очень весело. Если меня спросить, о чем мы говорили эти два часа дороги, вспомню я вряд ли. Остается только ощущение легкости и счастья, такое не купишь. Я знаю, пытался.

— Так мало машин, — произносит, смотря по сторонам, когда мы заезжаем на парковку загородного дома отдыха.

— Все работают. Кто — то же должен, — пожимаю плечами.

Взгляд у неё чертовски пронзительный. Чувство, что тебя видят насквозь — будоражит. То, что она эмпат, рассказывал еще Егор, подтверждение этому я получил почти сразу, как только мы начали жить вместе. Когда не справляется с одолевающими её чувствами, она закрывается. Нередко эмпаты становятся интровертами, защищая себя. Сейчас мне кажется, что она видит не только душу, но и мысли мои.

Ия снова тянется поцеловать. В этот раз не даю отстраниться, удерживая её за затылок, углубляю поцелуй. Долгий, до боли страстный. Отстраняюсь сам, когда стонет мне в губы.

Дышим с ней тяжело. После сорока полюбить целоваться. Она, определенно, этого стоит.

Встреча с мелким, как и всегда, проходит для Ии эмоционально. Он залетает ей на руки, она целует его, прижимая. У них прочная связь, в глаза бросается в первого взгляда. Как она ищет его глазами постоянно, как смотрит, гладит, целует. Я, как и большинство, с первый момент подумал, что перебор. Но нет, не маменькин сыночек, не мямля. Напротив, для своего возраста слишком смышленый. Хороший парень, на редкость, растет.

Пока Ия укладывает Егора спать, набираю Илью.

— Всех встретили. Скоро доставим. Не очкуй, мелкий, — последнюю фразу добавляет с усмешкой, совершенно не к месту.

— Ты там обкуренный что — ли?

— Блд, да я просто завидую. Представил какой тебя ждет завтра вечером секс.

— Тормози. Забываешься, — последнее время Илья всё чаще стал меня из себя выводить.

— А я что не прав? Ия будет в восторге, даже подружек её притащил. По — любому тебя ждет что — то горячее и настоящее. Представляю, как она будет рада. А то прикрыл девчонку в своей башне, и никого к ней не подпускаешь, — немного помолчав, продолжает, — Ты прав в этом, конечно. Я бы тоже не подпускал. В общем, всё по плану. Даже мама твоя позвонила, сказала до тебя, как до президента. Я парней за ними отправил. Ты уверен, что родаки там к месту будут?

— Ты думаешь, я приглашал?

Илья начинает смеяться.

Проснувшись по утру Макара рядом не обнаруживаю. Егора в номере тоже нет. Зато в мобильном — тысяча и одно сообщение от знакомых, и несколько звонков пропущенных. Приятно, что есть люди, которые помнят про твой день рождения. Жаль, помнят они о тебе только в этот день, напоминалка срабатывает.

Вера и бывшая коллега из Питера поздравили первыми. Безумно приятно, читаю их сообщения, и тепло разливается до самых кончиков пальцев. Регулярно мы с ними связь не поддерживаем, только раз в несколько месяцев, узнать, что и как. И, конечно, по праздникам. «Очень люблю» — отправляю в догонку к ответам. Так и есть, чтоб влюбиться много времени не требуется.

Мальчики, скорее всего, спустились завтракать. У Егора бывает такое, просыпается и ноет, мол, очень кушать хочу. Макар надо мной сжалился, не стар будить рано. Сейчас и восьми ещё нет, во сколько они ушли?

Надеваю любимое платье, оно чисто черное, немного воздушное, спина открыта достаточно сильно.

Стоит выйти из номера, понимаю, что — то не так. Коридор уставлен цветами. Они просто везде и их так много! Розы, ранункулюсы, пионы, гортензии, и множество других, названия которых я даже не знаю. Красиво божественно… все в светлых тонах. Как я люблю. Это ВСЁ мне? Раньше такая мысль показалась бы мне глупой, но зная Макара, ему ничего не стоит вбухать столько денег в цветы.

Так и стою, застыв рядом с дверью в свой номер, остальные двери на этаже заставлены, не войти, не выйти. Не зря мне показалось подозрительно мало машин на парковке. Но мы с Макаром мой день рождения не обсуждали. Так вышло, что я его особо не праздную, всегда в узком кругу.

Закрываю нос и рот ладонями, стараюсь дышать глубоко. Успокоиться, чтоб можно было спуститься без потери лица. Я хоть и не накрашена, с красными глазами не хочется.

Слезы всё равно текут по лицу, ещё бы, они у меня разрешения разве когда — либо спрашивали. Запрокидываю голову. Мне кажется, что я сплю. Со мной раньше такого ведь не было. Я не жалуюсь, мне моя жизнь нравилась, я сама её выбрала. Но тут ведь другое, чувствовать искреннюю заботу любимого человека — другой уровень, остаться равнодушным нет варианта.

Я знаю прекрасно, у Макара завал на работе. Из — за меня он много времени отсутствовал, несколько недель так вообще откровенно забил. И сейчас всё равно время находит. Совершенно точно от счастья плачу.

Куда держать путь, можно определить без труда. Везде куда он закрыт, стоят цветы. Сколько их тут!? Лестница вся тоже заставлена. Царящий в воздухе аромат я даже в голове своей не могу описать. Сердце моё так усиленно кровь качает, грозит остановиться в момент.

На последнем пролете я останавливаюсь. Резко. В меня словно молния жахнула. Волоски на теле становятся дыбом. Руками себя обхватываю, тут же одну руку от себя отрываю и рот прикрываю.