Кэрол едва не рассмеялась.

— Врачи сказали, восемь недель. Минимум.

— Сколько?!

— Прости. Обычным роженицам, если все прошло без осложнений, нельзя сорок дней, обычно. А у меня, к сожалению, было не все гладко, сам знаешь. Если не послушать врачей, это может навредить мне…

— Нет, ничего, нельзя так нельзя. — поспешно согласился Тим, отчаянно пытаясь не показать, как огорчили его ее слова. — Здоровье важнее. Заодно и поправишься пока… а то ты такая худенькая стала, что мне и прикасаться к тебе страшно.

— Ничего, теперь я быстро пойду на поправку. Это даже хорошо, что пока нам нельзя… я стесняюсь, что стала такой… худой. Вдруг я тебе разонравлюсь. Вот приду в форму… и все у нас с тобой будет, как раньше. Даже лучше, потому что теперь прятаться не придется.

— Да, — он расплылся в радостной улыбке. — Это точно! Рик теперь ничего не имеет против наших отношений. Жаль только, что ты не можешь замуж за меня выйти, правда? Но ведь ты и так теперь моя жена, да?

Кэрол улыбнулась, пытаясь под улыбкой спрятать то, как ошеломили ее его слова.

— Может, этот упрямый осел все-таки разведется с тобой, если ему удастся выйти из тюрьмы, чтобы не портить себе репутацию и карьеру женой, находящейся в уголовном розыске?

— Боюсь, от этого пятна ему уже не избавится, даже если он разведется.

— Но если не разведется — это будет для него хуже, чем если разведется. Бывшая жена-преступница все-таки лучше, чем настоящая.

Кэрол пожала плечами.

— Ну, не знаю. Может, и разведется. Для него это действительно лучший вариант, ты прав.

— Тогда ты выйдешь за меня замуж?

— Тимми, ты что, делаешь мне предложение?

— Э, нет, конечно. Предложение же так не делают. Надо кольцо там купить… подготовиться… обстановка соответствующая. Я просто так спрашиваю.

— Давай вернемся к этой теме, если я все-таки стану официально свободной женщиной и появится возможность официального брака… если это для тебя так важно. Как по мне — то нет. Это формальность. Мы и так будем вдвоем. И если хочешь, я буду тебе женой. Настоящей.

— Хочу.

— Хорошо, тогда так и будет. Только, Тим… Джек может нас искать. Вернее, он будет искать. И он не должен нас найти.

— Не беспокойся, не найдет.

— Я надеюсь. Но если найдет… Тим, ты же помнишь о своем обещании? Ты не должен его убивать.

— Кэрол, если он нас найдет, боюсь, у меня не будет иного выхода, — в голосе его появилось раздражение. — Он уже едва меня не убил. Прости, но больше я ему не позволю. Если он найдет нас, мне придется его убить, иначе он убьет меня. И ты об этом знаешь.

Кэрол побледнела.

— Тогда пообещай мне, что он нас не найдет. Пообещай! Или я сдамся полиции и вернусь в тюрьму! Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то из вас умер!

Тим удивленно уставился на нее.

— Ты с ума сошла? Как это — в тюрьму?

— А вот так, запросто!

— Хорошо, Кэрол, успокойся, до этого не дойдет, я обещаю. Никто из нас не умрет. Он не найдет нас. Он никогда не мог найти нас с Иссой. И теперь не найдет. Все будет хорошо. Но почему, Кэрол? Почему для тебя такое значение имеет его жизнь? Ты же говоришь, что не любишь его больше.

— Дело не в этом, Тим. Это пророчество. Если он умрет, его смерть понесет за собой страшные последствия… пробудит дремлющее зло… Дремлющее зло в Патрике. А этого нельзя допустить. Нужно сделать все, чтобы это зло не пробудилось. Иначе будет беда… что-то очень страшное… Поэтому так важно, чтобы Джек жил.

Тим окинул ее пристальным взглядом, словно не знал, верить ли ее словам или нет.

— Хорошо, я понял тебя. Пусть живет. Мы с Иссой увезем тебя так далеко, что он никогда не найдет. Никто не найдет. И все будет хорошо. Обещаю.

Кэрол не понравилась его подозрительность и, боясь выдать свои чувства к Джеку, она решила сменить тему.

— А почему Торес не пришла? С ней все в порядке?

— Да… более чем.

— Как это — более чем?

Тим лукаво улыбнулся, немного расслабившись.

— Они с Иссой… подружились.

— Да ладно! — не поверила Кэрол и рассмеялась. — Так быстро? Еще вчера она его как огня боялась… хоть и поглядывала с интересом.

— Вот-вот, он заметил. Ты же знаешь Иссу, он человек прямой… и откладывать ничего не любит.