Шрифт:
Словно и не был принц Кристофер умирающим всего минуту назад. Словно не его лицо было бледнее стены. Словно не его разум только что метался в бреду…
Магия Эвери схлестнулась с его силой, и невидимый, но мощный вихрь пробежался по комнате, роняя на пол книги, гобелены и статуэтки.
А Кристофер упивался поцелуями, лишая Эвери остатков разума и сил.
Ей до дрожи хотелось обнять его в ответ и отдаться этой крышесносной ласке, но она все еще помнила, что в любой момент здесь могут оказаться слуги, и тогда… тогда это будет конец!
— Ваше Высочество! — ошарашенный окрик позади заставил Эвери похолодеть и превратиться в окаменевшее бревно, которое, впрочем, принц Кристофер целовать так и не прекратил, словно нежданного свидетеля этой занимательной сцены он так и не услышал…
Глава 51. Спасительные поцелуи…
Кончики ушей пульсировали так сильно, что казались объятыми пламенем.
Эвери стояла перед Мэттом, не зная, куда деться от охватившего ее стыда, ведь он… застукал их с принцем на горячем!
Парень выглядел ошеломленным, пришибленным, злым, охваченным яростью, и все это одновременно, и только порозовевшие щеки Кристофера и его мистическим образом зажившие порезы на лице и руках останавливали Мэтта от скоропостижной расправы над «мальчишкой» …
Принц после поцелуя благополучно вырубился, просто уснув и оставив Эвери на жестокое растерзание.
К счастью, кроме блондина, свидетелей порочной сцены между принцем и его адъютантом больше не было, хотя у Мэтта было достаточно власти, чтобы в тот же миг бросить Эвери в тюрьму…
— Ты… ты… — пыхтел Мэтт, широко раздувая ноздри и сжимая руки в кулаки с пугающей неистовостью, — как ты посмел, мелкое отродье??? Ты понимаешь, что за это тебя ждет только одно: эшафот на главной площади Лозании??? А еще лучше — удавка где-то в тайных комнатах императорской темницы!
Эвери вздрогнула, с трудом подавив желание потереть тонкую шею. Рука скользнула по запястью, и она вдруг поняла, что до сих пор не надела браслет.
Побледнела, добавив себе этим скорбного вида, а потом робким движением опустила руку в карман.
Мэтт, увидев, что в такой ответственный момент «мальчишка» не падает в ноги, умоляя о пощаде, а просто цепляет на руку свою побрякушку, пришел в такое неистовство, что потянулся за кинжалом на поясе, но Эвери, среагировав скорее несознательно, одним движением выбила кинжал из его руки, присвоив его себе.
В тот же миг они оба замерли, как вкопанные: Мэтт, поразившись молниеносной скорости мальчишки и его несусветной наглости, и Эвери, ужаснувшаяся своим собственным действиям в такой непростой момент…
— Простите… — промямлила она, протягивая кинжал парню обратно. — Я… мне очень жаль. Просто… я очень беспокоился о Его Высочестве и пришёл его повидать, а он, увидев меня, в бреду перепутал с какой-то девицей и… и дальше случилось то, что случилось… — Эвери опустила голову, чувствуя, что новая порция краски приливает к щекам…
Мэтт громко выдохнул, грубовато выхватил кинжал из ее руки и вернул его себе на пояс.
— Я скажу тебе так, Эвери, — начал он суровым беспощадным тоном. — Будь моя воля, я бы, самое малое, выгнал бы тебя взашей за подобные вещи. Ты не думай, что я слепой дурак: то, что ты предпочитаешь далеко не женщин, это и ежу понятно… — Мэтт едва ли не сплюнул на пол от отвращения, но плеваться в покоях принца было чревато последствиями, поэтому он лишь громко сглотнул, а Эвери в ужасе распахнула глаза и уставилась на парня шокированным взглядом. Синева ее глаз была такой пронзительной, ресницы отбрасывали на щеки такие длинные тени, а розовый румянец так украшал лицо, что Мэтт с некоторым неудовольствием должен был признать: мальчик действительно слишком смазлив, так что принцу Кристоферу в полубреду очень легко было обмануться и принять его за сбежавшую пассию, к которой тот воспылал неожиданной страстью…
— Ладно, — процедил он сквозь зубы, пытаясь казаться более обозленным, чем он был на самом деле, — на сей раз я тебе поверю и сделаю вид, что ничего не видел. Но… УЧТИ! — он поднял вверх указательный палец, привлекая внимание Эвери, — это будет последний раз, когда я проявляю к тебе такую безграничную милость. Ты же держись от принца подальше и… не вздумай даже коситься в его сторону!!! Если будешь устраивать поползновения к Его Высочеству даже на уровне взглядов, то будет быстрое и беспощадное… — Мэтт не договорил, но очень красноречиво прочертил невидимую полосу на своей шее, имитируя отсечение головы.
Эвери вздрогнула.
— Без суда и следствия… — добавил Мэтт для пущего устрашения и кивком указал девушке на открытое окно. — Уходи отсюда тем же путем, чтобы тебя никто не видел. Брысь!
Эвери не нужно было повторять дважды, и она, стремительно развернувшись и по ходу снова стягивая браслет, буквально выпрыгнула в окно с размаху…
Мэтт побелел, как стена, а потом пару мгновений хватал открытым ртом воздух, решив, что мальчишка, обезумев, совершил суицид: безо всяких шуток, за окном зияла пропасть в десять этажей!