Будто одичала…

Ласкала себя под диким взглядом опасного хищника, раздувающего ноздри, позволяя ему использовать себя, как ему хотелось, но он осторожничал, несмотря на своё состояние. Почему-то щадил меня, не давая задыхаться, когда добирался до самого горла. Направлял, борясь с собой, и для меня это стало настоящим открытием, ведь думала, что Высший сейчас просто уничтожит своей грубостью. Но эта грубость была лишь гранью чего-то, уже переставшего нагонять такой страх, и я перестала напрягаться.

– Умница, - похвалил, вонзив свои пальцы в мои волосы и чуть потянув ближе к себе.

Его и без того внушительное достоинство начало увеличиваться вместе с темпом мужчины у меня во рту, а потом он резко отстранился, орошая мою грудь горячими каплями, и в этот момент я тоже не смогла удержать собственное тело. Оно устремилось следом за жгучим, сладким напряжением, сорвалось, утягивая следом, и меня хорошенько встряхнуло, едва не отправив в бессознанку.

Перед глазами плясали тёмные мушки, голова была пустой, а дыхание пришлось срочно восстанавливать, но я всё равно искала во тьме чужого взгляда отголоски прежней злости. Искала и не находила, пока сам Его Величество смотрел на меня как-то иначе, и между нами в эти секунды опять творилась какая-то неведомая магия, пригвоздившая меня к месту.

– Шейнар останется с тобой до следующей ошибки, но наказания ему всё равно не избежать, - произнёс он, нарушая это хрупкое равновесие, и тут вдруг браслет на моей руке сам собой распался на две половины, как платье минутами ранее.
– Не заставляй меня сожалеть об этом, Вишенка. Вечером увидимся и продолжим.

Он поправил одежду и вскоре оставил меня, а я ещё какое-то время просто сидела на полу, пытаясь осознать, что вообще сейчас произошло. Я только что избежала чего-то на самом деле опасного? Или приняла удар, предназначавшийся другим? А случилось бы, не сумей он с собой совладать? Господи, Ами, ты клиническая идиотка, но чертовски везучая…

С этой жизнеутверждающей мысли я всё же решила подняться, и когда встала на ноги, вновь ощутила сильную вибрацию, отдающуюся в ступни. Кто-то словно бессильно злился, не желая принимать, что во дворце живёт нечто настолько тёмное и вредоносное, способное просто уничтожить всех и вся своей тёмной магией, а я его хорошо понимала, глядя на закопчённые стены и уже окончательно потухшее пламя.

– Кто бы ты ни был, я тебя найду, - пообещала, приложив ладонь к полу.
– Я тоже не хочу, чтобы эта дрянь тут хозяйничала.

И незримый некто сразу затих, чуя мою уверенность в собственных словах, и я никогда ещё ничего так не хотела, как выяснить, что тут творилось. Эти мысли поглотили меня, так, что в порядок я себя приводила чисто по инерции. Нашла в прожжённом шкафу уцелевшее платье, подобрала свою накидку и вышла в коридор, где меня на коленях уже ждал оборотень, безмерно удивив.

– Прости меня, Огонёк, - сказал он, только я открыла дверь.
– Я виноват перед тобой.

– Давай ты просто больше не будешь так нас обоих подставлять, - устало отозвалась я.
– Ты же правда мог намекнуть, что эти камни особенные.

– Прости ещё раз. Я…

Я только махнула рукой, не пытаясь сейчас отыскать какие-то корыстные причины, по которым Шейнар умудрился так оплошать. Меня сильно волновало, что я вроде как добровольно продала собственное тело в рабство, и как теперь убедить себя, что всё было правильно, не знала. А ещё эти проклятые демоны, которые, похоже, действительно имели во дворце своих сторонников… Как во всём разобраться?

«Не думай об этом, - шепнули мне.
– Чувствуй».

Кто бы ни сидел внутри меня, эта сущность явно знала, что такое сила, поэтому я рассудила, что лучше довериться её мудрым советам и посмотреть, что будет дальше. Высший сказал, что мы увидимся вечером, а значит, стоит быть наготове и не совершать новых глупостей — не хотелось бы больше встретиться с таким императором, и я постараюсь сделать всё, чтобы он оставался более-менее спокойным. Хотя бы рядом со мной.

– Куда мы идём?
– спустя мгновение, спросила у оборотня, чтобы отвлечься от нерадостных дум.

– В новые покои, - отозвался он, зорко следя по сторонам, словно на нас могли напасть в любую минуту.

– Скажи, - протянула несмело, - ты хоть немного знаешь о том, что происходит?

Шейнар замялся, явно раздумывая, стоит ли раскрывать мне какие-то тайны после того, как итак дел наворотил, но в итоге всё равно не смог смолчать — его вообще уже давно распирало.

– Брат говорит, в Совете есть те, кто может быть на стороне демонов, - понизив голос до шёпота, признался он, когда мы остановились.
– Но это не самое страшное. Хуже то, что он может быть не один, и они следят за каждым шагом императора и его окружения. Они поняли, что ты можешь быть ему дорога и ударили по тебе, как…

– Надо же, - протянул мерзкий голосок, не давая оборотню закончить, и мы увидели очень довольную чем-то бывшую любовницу Высшего со своей свитой.
– А Его Величество знает, что верный пёс и его игрушка так близки? Думаете, простит новое предательство?

– Заткнись, Шеарин!
– прорычал Шейнар, готовый растерзать женщину.

– А что такое, милый? Разве твоей… госпоже, - выплюнула она, нисколько не боясь, - не стоит знать, как погибла его жена? Говорят, он сам её убил по подозрению в измене, - торжественно заявила она, глядя мне в глаза.