Если честно, не особо — когда тебя так сжимают, хочется просто исчезнуть, чтобы чужой, почти осязаемый гнев тебя не коснулся, не обжёг ненароком или специально, — но на всякий случай я просто кивнула.

– Ты специально злишь его?
– не зная, зачем, спросила — видимо, просто хотелось отвлечь чудовище, чтобы оно не было таким пугающим.
– Хочешь посмотреть, до какой точки кипения он дойдёт?

– Ты умна, Вишенка. Жаль, не всегда, - припечатал он, заставив вздрогнуть.
– Шейнар! Заберите мобили.

Оборотень появился, а рядом с ним возник второй, и у меня закружилась голова — так эти двое оказались похожи. Правда, Его Величество как обычно не позволил проявить любопытство. Подхватил на руки, раскрыл свои огромные крылья и без предупреждения устремился ввысь, вынудив крик вырваться из горла.

– Спусти нас! Ты что творишь?!

– Не дёргайся, а то сброшу и поймаю у самой земли. Хочешь?
– безмятежно ответил он, и мне пришлось сильнее вцепиться в его каменные плечи, наверняка оставив там царапины.

Псих… Ненормальный, бородатый старикашка! Какого он вообще вытворяет? Или это месть за лошадь и за то, что не надела дурацкий ошейник?

Впрочем, ответ на этот вопрос я узнала вскоре, но пока постаралась ни о чём не думать. Пока мы рассекали воздушные потоки, соревнуясь с ошалевшими птицами в скорости, я украдкой следила за мужественным лицом, казалось, расслабившимся только сейчас, вдали от посторонних. Он выглядел таким умиротворённым и одновременно уверенным, что против воли я задержала свой взгляд на нём чуть дольше положенного.

– Нравлюсь?
– чуть дрогнули его губы.

– Ещё чего, - фыркнула я, испугавшись и чуть не разжав наши смертельные объятия.
– Просто считала твои морщины.
– Которых почти не было.

– Не играй с огнём, Вишенка. Тебя итак ждёт наказание.

– А что-нибудь новенькое меня не ждёт? Наказание, наказание, - ворчала я, видя приближающиеся шпили дворца, и с высоты он выглядел действительно сказочно. Пришлось даже отвесить себе очередную мысленную затрещину, чтобы не восхищалась своей клеткой, а то некоторым, наделённым властью, покажется, что я смирилась…

Мы сделали почётный круг — император явно решил похвастаться передо мной всеми своими владениями, включающими кучу красивых построек неизвестного назначения и сады с их разноцветием красок, а я действительно впечатлилась, правда, продлилось это недолго. Мы как-то быстро приземлились на мой балкон, и Высший сразу сделался суровым, опасным, как острое лезвие, но я не сразу поняла причину, пригревшись на его груди.

А потом увидела то, что стало с моими покоями, перевёрнутыми вверх дном, уже явно после моей вспышки; Шейнара, сжимающего кулаки, коленопреклонённую Айну, и ещё раз взглянула на императора, шагнувшего к оборотню и отвесившему ему удар. До меня иногда очень медленно доходило, это правда, но то, что за словами Высшего о колье скрывалась совсем иная правда, нежели желание меня унизить, я вдруг поняла почти молниеносно. Поняла и захотелось себе врезать за несообразительность.

– А теперь объясни мне, Шейнар, почему, когда я сказал тебе во что бы то ни стало отдать ей украшение, ты ослушался?
– подтверждая мою догадку, прогремел вопрос.

И ответ мне тоже захотелось услышать.

– Я виноват, Ваше Величество, - припал на одно колено оборотень, пока я не могла перестать смотреть на обстановку.

Трудно было оторвать взгляд от почерневших стен и пола, где до сих пор виднелись затухающие угольки, будто тут пламя бушевало. Кто мог сотворить такое? Понятно, что без магии это вряд ли было возможным, да и её запах я всё равно пусть и слабо, но улавливала, однако я полагала, что эти покои были хотя бы под присмотром. Выходит, ошиблась.

– Или я неясно выразился?
– продолжал давить авторитетом Высший, и ощущение его силы прокатывалось по коже. Жутковатое чувство… Но я хотя бы могла его выносить, а вот бедняжка Айна совсем скукожилась на полу.
– Я жду твоих объяснений.

– Я собирался всё рассказать госпоже чуть позже, - сознался Шейнар, подняв взгляд.
– Просто я не сумел совладать с эмоциями, когда она узнала, для чего нужно это колье.

Само украшение он достал, и при виде того, как явно фамильная ценность появилась из чужих штанов, император неверяще усмехнулся.

– Выходит, пожалел свою госпожу?
– обманчиво-мягко спросил он, а потом сорвался на крик.
– А если так, какого демона ты не объяснил, что эти камни — единственная её защита от любого нападения?! Любого!

После этого оглушающего рёва, больше подходящего раненому зверю, наступила не менее оглушающая тишина. Оборотень склонил голову, играя желваками на скулах, а я не могла взять в толк, почему он так поступил, если всё знал, правда, больше всё же беспокоило поведение Его Величества. Взглянув на него, я отметила, что на его лице и шее то и дело начали проступать тёмные, почти чёрные прожилки бугрящихся вен, словно он был чем-то отравлен, и эта мысль неожиданно прочно укоренилась в сознании. А что если всё ещё хуже, чем мне кажется?