Увидела. И мне показалось, что я сама доживаю последние секунды своей жизни. Метрах в пятнадцати крупный тейн нацелил остриё кинжала в грудь сиэрнара, и отвести удар возможности я не видела. В своём животном ужасе даже не сразу осознала, что мир замер и я уже несколько секунд пялюсь на этот жуткий момент. Осмотрелась и поняла, что вообще всё вокруг замерло. Лишь у берега стояло двенадцать фигур в белом.

— Кто вы? — поинтересовалась я нервно.

— Это не имеет значения, — послышался ответ.

Голос одного из странных людей, во всяком случае, они на них походили, не прояснил ничего. Дело в том, что выглядели эти двенадцать так, что невозможно было понять, какого они пола. Это сбивало с толку. Но когда кто-то из них заговорил, яснее не стало.

Господи?! О чём я думаю? Время остановилось за миг до смерти Айрона, а я размышляю о том, какого пола существа, способные это сделать! Совсем из ума выжила.

— Важно то, что твой возлюбленный через секунду умрёт, — продолжал неизвестный. — На что готова ты, девочка без способностей, чтобы спасти его?

— На что угодно, — слова сами сорвались с губ.

Это шло откуда-то из глубин души. И пугали до дрожи слова белой фигуры о моей бесполезности. Да что можно с меня взять? У меня вообще ни черта нет, кроме жизни.

— Да? — голос был таким же ровным, но почему-то мне почудилось там одобрение. — Мальчик ради тебя отказался от собственной жизни. От всего, на что имел право по рождению. А ты готова навсегда остаться тут? Даже зная, что ничего хорошего тебя тут не ждёт? Самый максимум — сможешь быть прислугой. Даже если этот мальчик тебя бросит?

Бросит? Тут на меня снизошло, с кем я имею дело. Местные Боги. Те, кто заправляет всем в этом мире. И кому, как не им, знать, что будет, если пожелают? Значит, Айрон бросит меня? Больно. Горько. Но разве это имеет значение? На кону его жизнь. И пусть он будет не моим, но живым, и, возможно, счастливым.

— Да, — выдохнула.

— Подумай, Мария, — соблазнял голос, — ты можешь сейчас просто отказаться, и мы вернём тебя домой, где у тебя все возможности жить хорошо. Откажешься, и никакая Элла не поможет вернуться, мы позаботимся. А согласишься — будешь в родном мире. Мы можем даже забрать твою память, чтобы не тревожила ночами совесть. Ты просто уйдёшь и всё забудешь. Можем даже поспособствовать успеху в твоём мире.

На миг захотелось согласиться. Перспективы казались очень привлекательными. Не мучиться от сердечной боли или угрызений совести, не заморачиваться вопросами выживания. Жить в своё удовольствие. Только Айрон умрёт. Но ведь я не буду помнить об этом, так какая разница?

Нет! Захотелось влепить себе пощёчину. Не имеет значения, буду помнить или нет, я не могу так поступить. Может голова и не будет знать, а душа точно не забудет. Невозможно построить счастье на чужой беде, и уж точно не видать его, предав того, кого любишь. Лучше самой в могилу, чем так. Ничего. Да, не радует предполагаемое будущее на Соинтере, но русские вообще очень живучи, да и в целом человек имеет способность приспосабливаться к чему угодно. Так что нормально, выкручусь. Выдержу. Главное, мой любимый сиэрнар будет жить. Может, я и дура влюблённая, да плевать. Такая вот я.

— Я не изменю своего решения, — произнесла тихо, но твёрдо. — Спасите Айрона, и можете делать со мной что угодно.

В следующий момент шум после идеальной тишины оглушил. Мир снова ожил.

АЙРОН

На душе стало намного легче, когда Кай вытащил Машу из этого хаоса. Я лишь успел пару секунд посмотреть на девушку, которая отплёвывалась от песка на берегу, когда сражение снова затянуло меня. К моему изумлению, повсюду я начал замечать соплеменников. Сиэрнары и тейны сошлись в схватке не на жизнь, а на смерть. Как тут оказались первые, понятия не имею, но зато теперь ясно, как нам с землянкой удалось так долго сопротивляться. А знание, что любимая вне опасности, придало сил для битвы.

Воином я был не ахти каким, но, судя по всему, удачливым малым. Так как в этой круговерти умудрился разжиться клинком и нанести несколько серьёзных ран отвратительным тварям, сам получив лишь мелкие царапины.

Увы, удача — дама непостоянная, и настал тот момент, когда я встретил противника намного сильнее и проворнее. Смертоносное лезвие приближалось к груди, туда, где бьётся сердце. Странным образом страшно не было. Лишь обидно немного, что жизнь оборвалась, стоило ей наладиться. Да и за Марию тревожно. Как она переживёт мою смерть? Но ведь у людей нет понятия избранных, надеюсь, она ещё встретит кого-то, с кем будет счастлива…

Тут перед глазами полыхнуло белым, и я обнаружил себя распластанным на берегу. Маша стояла по колено в воде и смотрела на двенадцать фигур в белом. От понимания, кого вижу, охватило благоговение. Боги. Творцы нашего мира. Взмах руки одного из них, и сражающиеся разом лишились оружия.

— Прекратить! — голос раскатом грома пролетел по пространству.

Все разом замерли и поражённо воззрились на неожиданных гостей. Я же, пользуясь моментом, пока на меня не обращают внимания, дотянулся до полотенца и обмотал его вокруг бёдер и обратился человеком. Не хотелось валяться беспомощной рыбиной при столь судьбоносном событии.