Наталья Николаевна скончалась той же осенью 63-го года, после крещения внука. Когда умирала, ей показалось, что кто-то наклонился над ней и нежно поцеловал в глаза… И, теряя дыхание, услышала далекие колокола: Пушкин сделал ей предложение на Пасху — и звонили сейчас, кружились над ее головой колокола. А она, сколько могла, поднимала им навстречу руки, тянулась к ним… к нему… Она теперь знала, как надо было бы жить с ним — да, да, знала! — но все… Она лежала без движенья, как будто по тяжкой работе руки свои опустив. Голову тихо склоня.

В Петербурге быстро, уже по-зимнему, стемнело. Выпал снег. Резко похолодало.

Наталья Николаевна лежала на большой белой с широкой оборкой подушке. По краям — две большие свечи. И теперь уже в полной тишине, в беззвучности ушла она к берегам реки своего детства — Кариан. Реки зеленовато-карей, светлой и прозрачной.

В Ленинграде мы каждый раз останавливаемся в гостинице «Москва». Гостиница расположена на берегу Невы, напротив Александро-Невской лавры. Приходим на могилу Натальи Николаевны. Последний раз были зимой. Надгробие покрывал иней. Еловой веточкой, как гусиным пером, я начертил на каменном надгробии две большие буквы: NP. Всегда лежат цветы. Если не цветы, то цветок. Если не цветок, то зеленая веточка, которую сейчас оставляем и мы вместе с цветами.

Лавра Александра… В ее стенах покоится Наталья Николаевна. Могила недалеко от маленькой часовни, купол часовни виден из-за стены. В летнюю ночь здесь головокружительно пахнет сиренью.

Мы поехали в Лицей, где временно находятся на хранении личные вещи семьи Пушкина из квартиры на Мойке, и попросили хранителя вещей Алевтину Ивановну Мудренко показать коралловый браслет Натальи Николаевны. Объяснили: хотим сфотографировать, снимок передать Наталье Сергеевне Шепелевой. Браслет массивный, с античным сюжетом. Подарок Сергея Львовича невестке не назовешь изящным. Но тем не менее Наталья Николаевна его носила.

Положили браслет на лист белой бумаги. Рядом положили еще золотое колечко. Тоже принадлежало Наталье Николаевне. Подарил его Пушкин жене в годовщину обручения. Совсем простенькое, с небольшой овальной бирюзинкой. Внутри кольца гравировка на французском языке: AP 6 avril 1832.

Алевтина Ивановна сказала:

— Когда достаю кольцо и смотрю на него, думаю — прошло полтора столетия, а бирюза не угасла. Светлая. Наденьте кольцо. Согрейте его.

Вика растерялась.

— Наденьте: бирюза любит живое тепло. У вас маленькая рука. Подходящая.

Кольцо было маленьким.

— Наденьте ради Натальи Николаевны.

Вика наконец надела. Да, Вика растерялась. Ничего подобного в обычной жизни произойти не могло — ни в Викиной, ни в жизни другой какой-нибудь женщины в наши дни. Надеть это кольцо и согреть его хотя бы несколько минут теплом своей руки, потому что бирюза, лишенная воздуха и тепла, умирает.

После нас, в феврале 1986 года, у Алевтины Ивановны побывал писатель Виктор Петрович Астафьев. Он видел перстень Пушкина с изумрудом, который хранился у Даля и о котором Даль говорил: «Как гляну на него, так и пробежит по мне искорка с ног до головы…» Видел Виктор Петрович и часы поэта. Это они лежали у изголовья Пушкина, уже умирающего. До сих пор сохраняют пушкинскую секунду жизни, смерти и бессмертия. И я уверен, что от всего увиденного Виктор Петрович Астафьев по меньшей мере ощутил то же, что и Даль: искорку, пробежавшую с ног до головы…

Александр Сергеевич Пушкин. Стоит в Москве, на Страстной площади — площади Пушкина, распахнув бронзу плаща, левая нога сдвинута с пьедестала; одна рука заложена за спину, в ней — шляпа.

Все собирали деньги на памятник поэту. Вся Россия. Сооружен народным иждивением. И все ждали, и нам завещали ждать.

Поэт, ты видишь, нас ждущих?

— Громодержавный орел! — воскликнул в свое время Денис Давыдов.

Бирюза, может быть, самый волшебный, самый таинственный камень. В Египте, в Палестине был культ бирюзы. Находим ее в древних мексиканских гробницах. Ацтеки складывали из бирюзы и кусочков золота свои портреты. Ее тона вошли в голубые цвета испанского искусства. А в Иране бирюза память о тех, кто умер от любви.

Кольцо с бирюзой у Натальи Николаевны. Кольцо с бирюзой у Пушкина. Потом его получил от умирающего друга Константин Данзас, но через 25 лет потерял. Кольцо с бирюзой у Лермонтова. Опись «Имения», оставшегося после убитого на дуэли Тенгинского пехотного полка поручика Лермонтова. Учинена июля 17 дня 1841 года. Под № 89 в описи имения значился «Перстень Англицкого Золота с берюзою». Сохранилось только одно кольцо Натальи Николаевны, то самое, которое надевала Вика.

Где сейчас пушкинское? Где лермонтовское? Будем сохранять одно, которое осталось. Бирюза память о тех, кто умер от любви. Кольцо Лермонтова с бирюзой было кольцом памяти о любви? К кому? К Наталье Ивановой? Наталья Иванова — «мраморный кумир», «бесчувственное божество». Память о милой, умной, как день Вареньке? «…натура пылкая, восторженная, поэтическая… Чувство к ней Лермонтова было безотчетно, но истинно и сильно…» — отмечает Аким Шан-Гирей. Похоронена Варенька в Малом соборе Донского монастыря.