А Демид между тем толкает меня в свою машину.

— Что здесь… что… — лепечу я, заставляя себя сидеть, хотя больше всего на свете сейчас мне хочется выскочить из салона и бежать отсюда без оглядки. Бежать и бежать. Долго.

Подальше от всего этого.

— Я же просил тебя закрыть глаза, — произносит Демид и мне кажется, сейчас его голос звучит устало.

Я мотаю головой, отгоняя только что увиденные картины. Боже, мне кажется, я никогда не смогу забыть. Я нахожусь в полнейшем шоке и никогда не приду в себя.

— Демид, это… это все ты? Но… как? Зачем? Кто ты такой?

Вопросы сыпятся из меня, а безмолвные картины кровавой расправы так и стоят перед глазами, отказываясь убраться прочь.

— Кажется, это очевидно. Тот, кто не отдал тебя им. Или бы ты предпочла еще немного побыть в их компании?

Он говорит и одновременно с этим включает фары и заводит двигатель.

Честно, после увиденного я уже не знаю, чью бы компанию я предпочла.

— Мы… мы что, оставим их там? Мы…

— Хочешь им помочь? Твои целительские способности здесь точно не пригодятся.

Я знаю это и все равно…

Но мне как всегда не оставляют выбора. Машина срывается с места, и мы несемся по ночной дороге прочь от этого места.

Нас провожают стволы деревьев, уходящие в небо.

Я не знаю, что это было за место, кроме того, что оно находится в какой-то чаще и совершенно безлюдно, несмотря на хорошую асфальтированную дорогу.

Я не хочу знать.

Все, о чем я мечтаю, это забиться в какой-нибудь темный угол и не вылезать оттуда как можно дольше. Так долго, как только возможно.

Не помнить.

Не замечать крови на руках парня, что сидит сейчас рядом со мной и уверенно ведет машину. Сжимает руль этими самыми руками, а до этого прикасался ими ко мне.

И… возможно еще прикоснется.

Да, он вытащил меня из рук тех парней, но какой ценой? Кровавое месиво, что я успела увидеть, не дает мне выдохнуть и радоваться своему спасению в полной мере.

Я не хотела этого. Не такого.

Боже.

Этот парень пугал меня до дрожи раньше, но теперь, после того, как я увидела, на что он способен…

Мой страх перед ним не описать никакими словами.

И то, что он сменил куртку и футболку на новые, куда-то убрав вещи, залитые кровью парней, ничего не меняет.

— Куда мы едем? — все же спрашиваю я.

Получается жалко, нервно.

— Ко мне, — коротко отвечает Демид, а я снова отворачиваюсь к окну.

Разве я могла рассчитывать на другой ответ?

Я обнимаю себя руками и закрываю глаза.

В салоне очень комфортная температура, но несмотря на это меня бьет крупной дрожью. Возможно, горячая ванна смогла бы мне помочь, но я не уверена.

Похоже, мне ничего не поможет. Кровь всех этих людей на моих руках и мне придется как-то с этим жить.

Либо надеяться, что у меня появится возможность стереть себе память.

Сначала Кристиан, теперь это.

Столько человек погибло из-за меня.

Если бы я знала, что так будет, я бы не пыталась сбежать. Я бы…

Не знаю, что бы я делала.

Мне везет, что Демид не задает никаких вопросов. Потому что я не в состоянии сейчас на них отвечать.

До дома мы долетаем в рекордный срок, а пока идем до квартиры, на нас никто не обращает внимания, в том числе и полусонный охранник. Сейчас ночь, а когда Демид переоделся, от него не так разит кровью убитых им парней.

Наверх мы поднимаемся молча, стоя в разных концах кабины лифта. Я смотрю в одну точку, куда-то в пол. Демид прямо перед собой, лишь иногда бросая на меня быстрые взгляды. Это я замечаю боковым зрением.

А когда входим в квартиру, которую я покинула совсем недавно по времени, но вечность назад по ощущениям, на меня нападает новый ступор.

Все здесь разгромлено так, будто по дому прошелся ураган.

Мебель раскурочена. Зеркало, что висело на стене, разбито, так что весь пол в холле теперь усыпан мелкими осколками.

— Что… что здесь произошло? — спрашиваю я, нервно озираясь по сторонам.

Неужели, пока нас не было, кто-то проник сюда и…

— Все в порядке, — говорит Демид, перешагивая через битое стекло, — просто я немного понервничал, когда приехал и не нашел тебя здесь.

Его слова парализуют меня.

Он сам устроил весь этот погром, когда понял, что я сбежала?

— Мы не останемся здесь дольше необходимого, если не захочешь, — продолжает между тем парень.

Бросает ключи от машины на уцелевший обломок тумбы, стягивает с себя кожанку известного бренда, стоимостью в целое состояние.