Дриады, приглашённые на богослужение, наблюдали с интересом, перешептывались между собой и радостно хихикали. А я без зазрения совести рассматривала их.

Сейчас в самый разгар лета кожа лесных красавиц приобрела болотный оттенок, волосы потемнели и напоминали изогнутые ветви деревьев. Все девушки были гибкие, изящные, длинноволосые, но вид имели всё равно жутковатый.

У дриадской предводительницы на лбу красовались выступы, напоминающие древесные корни, что переплетались с волосами и скручивались в замысловатую причёску. В одном глазом яблоке помещалось два жёлтых, как у змеи, зрачка, а длинные когтистые пальцы обвивали лианы.

Жуткая жуть.

И эта королева красоты жадно смотрела на моего дроу с неприкрытым вожделением. Прямо пожирала глазами самым бесстыдным образом.

Слюной не захлебнись, жаба в юбке!

Когда утомительная церемония, наконец закончилась, я, зыркнув недобро на жриц, поспешила забрать своё серое сокровище обратно в наше уютное логово. А то, чего доброго, уволокут бесправного барашка в свою тёмную келью.

Нет уж!

Выдохнула с облегчением лишь когда мы покинули мрачные казиматы главного храма и шли по подземным улицам Тхаэля.

Шли молча.

Иоран явно не испытывал восторга всякий раз играть роль центральной фигуры в чужеземных ритуалах. А кому понравится стоять на коленях перед толпой зевак и терпеть любопытные взгляды?

У входа в поместье принцессы, где мы с эльфом и проживали, внезапно столкнулись с Вейдайри в сопровождении дриадской наёмницы.

Той самой.

Лесное чудище плотоядно улыбнулось, сощурило свои жуткие глазища и проворковало заискивающим тоном.

— Ва-а-аше Высо-о-очество, — противно до зубового скрежета протянула эта зелёная гоблинша, — Одолжите мне этого прекра-а-асного мужчину. В качестве ава-а-анса.

— Сожалею, — огромным усилием воли я подавила накатившее раздражение, — Он под моим протекторатом до самого осеннего равноденствия.

— Тебя, человечка, я не спра-а-ашиваю, — фыркнула дриадка в мою сторону с презрением.

Вейдайри молчала.

Несмотря на нашу дружбу, ссориться с наёмниками принцессе не хотелось. А разжигать конфликт из-за какого-то мужчины, не стоящего внимания, по мнению женщин-дроу — тем более не хотелось.

В любой ситуации тёмная эльфийка, как будущий монарх, всегда выбирала интересы государства. Даже, если они шли вразрез с её собственными.

Повисло напряжённое молчание. Воздух заискрил. Иоран, ожидаемо, попятился назад, а я смотрела на Вейдайри не отрываясь. Пыталась прочитать мысли на её спокойном, как восковая маска, лице.

— Что скажете, Ва-а-аше Высочество? — дриадка продолжала лебезить, — Пора-а-адуете ваших покорнейших слуг?

Слуг? Она и со своими «девочками» делиться собралась?!

От этой вопиющей наглости я пришла в ярость. Как же меня взбесила эта каракатица болотная!

Магия внутри меня скапливалась, бурлила, неистовала, клокотала. Рвалась наружу.

Не дождавшись ответа Вейдайри, я гневно процедила:

— Боюсь сперва Её Высочество узнает хорошо ли горит дриадская древесина.

И зажгла на ладони яркий огненный шар.

Глава 7

Глупость!

Чистой воды идиотизм!

С моей стороны — дурость несусветная злить наёмницу. Убийства — её ремесло, её хлеб с младых ногтей. Да у неё же прямо сейчас за пазухой, небось, припрятан отравленный нож или дротик.

И я — боевой маг без году неделя.

Н-да. Глупо умирать, защищая мужика, которому, во-первых, я — никто, а во-вторых, ему всё равно скоро отправляться к праотцам. Как бы он мне ни нравился.

Меня, молодую красивую, никто защищать не рвался. Что-то не наблюдалось в округе благородных рыцарей, что за мою скромную персону готовы были жизнями жертвовать.

А я, зато, благодетельница! Гляньте-ка!

Лица Иорана я не видела. Гадать о чём он думает времени у меня не было, но краем глаза заметила, как сжались его кулаки.

Да, мой хороший, идиотка тебе досталась. Сама знаю.

Так я и застыла в атакующий позе, держа огонь наготове, а дриадка смотрела на меня сощурившись, как на дитя нерадивое, дескать «ну куда ты лезешь, милочка».

Ладно. Не убью, так хоть подпалю гадину напоследок. А моего дроу не отдам.

И сама не ам, и другим не дам.

— Видишь ли, Фалора, — абсолютно безучастным тоном заговорила эльфийская принцесса, словно и не было здесь никакого накала страстей, — По нашим законам за понравившегося мужчину, в случае, если он уже занят, принято бросать сопернице вызов. Желаешь состоязаться с каррой Агнес в магическом поединке?