На самом деле, сидеть одной в замкнутом помещении и потеть от неизвестности было хуже, чем таращиться в темноту в компании. Олары вели себя пристойно — лежали на полу, словно коврижки, изредка моргали. Гармошка их подавляла и одуряла.

Руслан и Мусин с Иночевским, пока затишка, взялись толковать новенькой за Статут и валентность.

— Тут, милая барышня, все просто. Валентность это, в сущности, число силы. Чем больше валентность, тем больше сила оружия. Так достаточно понятно?

— Вполне, — кашлянула Медяна, морща лоб, — но как эта валентность появляется, откуда берется?

— Валентность есть аккумулированный энергетический след, следствие действий владельца сего орудия, — плавно вступил Иночевский, — ибо хозяин может как приумножить силу, так и низринуть ее. Истинно говорю: у гвардейца, честно и доблестно оберегающего покой граждан, без пощады к себе, сила оружия будет возвышаться над силой оружия бесчестного убийцы, скрадывающего маленьких детей.

Медяна поежилась.

— И что, если стакнутся например, этот самый гвардеец с револьвером и тот убийца…тоже с револьвером?

— Тут, горлинка, может Статут свое слово веское сказать. Оружие с меньшим числом силы вяжется большим числом… То бишь, у татя этого револьвер оглохнет, онемеет.

— Но как на глаз угадать, какая у кого валентность? — Медяна схватилась за виски.

— Да никак, — хором пропело трио, — тут или мозгами раскинуть, или нюхом почуять, на опыте выехать, ну и знать, конечно, какая у твоего орудия силушка, выдюжит али нет….

— Есть, правда, оружие-Исключение, которое по Статуту не играет, например, ммм…. Орудия Первых и Вторых, сколопендры, кольца Лафона…

— Есть и оружие стайное: такое поодиночке малую силу имеет, зато совокупно, в группе, бьет мощно. Послушное. Таким оборужают дружину, личное войско, у Ведуты в заводе подобное, у манкуртов Башни, у гвардейцев тех же — Вороны с рук едят…

Медяна вспомнила, покраснела лбом и щеками:

— А если я чужое прихвачу и против хозяина оберну?

— Как тогда с Дятлом? Большая вероятность, что тебя же и укусит. В тот раз, видать, пожалело: могло и скулу разворотить.

— Понятно… Благодарю, господа, за науку. Буду знать.

— Не кручинься, горлинка: сыщем мы тебе оружие по руке, по стати. Чтобы весело было.

Медяна усмехнулась только:

— Уж чего-чего, а скучать мне тут не приходится.

Хотели заодно и про Свод Галео, силу механики и инженерии, поведать, но тут уж Медяна уперлась. И то сказать — сперва со Статутом разобраться, а уж Галео более конструкторам да изобретателям сподобен.

На Хоме Мастеров и познакомим, решили все.

***

— Топят здесь, конечно, — пробормотал меховой Дятел, оттягивая ворот, — слышь, гаджо, план у тебя есть какой?

— По обстоятельствам, — скупо отозвался Волоха.

Цыган прихлопнул ладонью по борту, зарычал негромко, но с выражением:

— Катать-пинать, русый, тут не пирушка с блядушками! Ладно, достанем мы эти корабеллы, так нам еще обратно тащиться, с довеском, и не факт что Король выпустит. Один раз договорились, второй на халяву-халву проскочим? Или сосунка ему оставим?

— Никого оставлять не будем.

— Ты мне не доверяешь, что ли?

— Дятел, я к тебе спиной поворачиваюсь? Поворачиваюсь. Значит, доверяю. Не истери. Сказал же — по обстоятельствам.

— Я истерю?! Да я…

— Взять!

Дятел выбросил руку, насаживая на нож, по самую рукоять, любопытный глазок показавшегося из-за кормы существа.

Капитан!

Еремия взвыла так, что Волоха сначала присел, а потом подпрыгнул, оба раза в масть, избежав удара чем-то наподобие резинового шланга.

Капитан, оно присосалось ко мне! Я пытаюсь, но не могу его скинуть, до чего мерзкое, капитан!

Как всякая большая девочка, Еремия была безжалостна к врагу, небрезглива в работе и отличалась повышенным болевым порогом, однако к членистоногим испытывала остервенелую неприязнь.

Дятел махнул ножом, сбривая твари щупики, предложил от всей широты души:

— Подожжем нахер! Доедем с огоньком!

— Нельзя! — сразу запретил Волоха. — Тварь прицепилась к брюху Еремии.