Шрифт:
– Да. Не зря же мы месяц на расчеты потратили…
– Месяц?.. – переспросил отец Николай.
– Индивидуальное время, – ответил Свин. – Да. Месяц за минуту.
Отец Николай с сомнением покачал головой. Видимо он считал, что у Свина поехала крыша. Но я-то знал, что это не так.
– Так что будем делать, ребята? – снова спросил Либидо. В глазах его появилось какое-то собачье выражение.
Е-мае! Неужели его так сломал месяц индивидуального времени под Свином-сверхмультисервером? Тогда действительно…
– Я думаю, надо уничтожить все здесь и сразу, – жестко сказал Свин. – Все следы, все устройства, все программы – стереть…
Либидо кивал, соглашаясь. Тварь переводила недоуменный взгляд то на Свина, то на Либидо.
– Ребята, вы чего? Вы в своем уме? – заговорила она. – Мы даже не обсуждали еще, как можно использовать эти возможности против Терро-структуры! Вы вообще пока ничем с нами не поделились!
– Действительно, – поддакнул Либидо. По-моему, ему стало все равно, с кем соглашаться…
– Да… Вы правы… Протянул Свин. – Не поделились… А зачем?
Все с изумлением уставились на Свина. Только Либидо с тем же выражением пробормотал: «Действительно – а зачем?»
Свин посмотрел на нас равнодушным взглядом и снова взял в руку «марку».
И тут Тварь закричала.
Она схватилась за голову и рухнула на колени.
– Что?!. – воскликнул отец Николай и бросился было к Твари. Но тут же рухнул сам, глухо, будто тюк с зерном.
Свин, прищурившись, посмотрел на меня, и я почувствовал, как отключаются ноги…
Уже глядя в потолок я равнодушно смотрел в стеклянные глаза Свина, который, будто бы любовался моим недоумением и страхом. Когда я уже попрощался с жизнью (даже не задавая себе вопрос – почему, по какой причине?), во взгляде Свина вдруг появилось выражение удивления. Лицо его ушло в сторону, снова раздался глухой стук.
Надо мной стоял Потрошитель с пистолетом для инъекций в опущенной руке.
– Ну я же п-просил: без меня не н-начинайте, – с легким укором сказал Потрошитель.
Потрошитель задумчиво протирал руки ватным тампоном, распространяя резкий спиртовой запах. Из-за пояса, словно полицейский револьвер, торчал у него пистолет для инъекций.
Стоя посреди стонущей и охающей на полу компании, он напоминал Шао-Линьского монаха, только что мастерски раскидавшего превосходящие силы врагов. Наиболее жалобно стонал Свин. Он сидел в углу, и раскачивался из стороны в сторону, обхватив руками голову.
Вновь созданный и преподнесший неприятный сюрприз чип был накрыт массивным чугунным бруском. Во избежание.
– Ну, что, г-господа, – степенно обратился к аудитории Потрошитель. – Очередное изобретение обернулось п-против создателей? Хорошо, что я решил на день раньше приехать…
– Кто ж знал… – простонал Свин.
Либидо попытался что-то произнести, но получилось нечто нечленораздельное. Тварь и отец Николай оглядывали окружающих затуманенным взором. Легче всех, видимо, отделался я.
– М-да… Я думаю, что с к-кустарщиной надо быть поаккуратнее. М-мозги у человека, все-таки, одни, н-на запасные их не заменишь… – Потрошитель закончил протирать руки и принялся поочередно заглядывать нам в зрачки и цеплять на виски какие-то датчики с проводами.
– Надо энцефалограммки п-поснимать, – пояснил Потрошитель. – Кто его знает, что с вами сделала эта адская м-машина… М-может, я не до конца справился с вашими п-помутнениями рассудка? Может, вы т-только и думаете, как меня отблагодарить – рельсом по б-башке…
Потрошитель, очевидно, был доволен собой и теперь вовсю веселился. Хотя лично мне было не до смеха. Да и остальным, я думаю, тоже.
– Черт, неужели ничего не получилось? – прохрипел, наконец, Либидо. – Столько лет – и псу под хвост?
– Да почему же, – продолжая свои манипуляции, возразил Потрошитель. – Прогресс мультитехнологий н-налицо. Вопрос только в их управляемости. Ваши достижения оказались сильнее вас… Как это: «М-материал оказался сильнее автора»… Я так понимаю, что н-новый чип подчинил себе мультисервера и начал выполнение к-какой-то собственной задачи…
– Да убить он нас хотел, – мрачно сказал Либидо.
– Прямо наваждение какое-то, – пожаловался Свин. – Я просто не мог остановиться. Простите меня, ребята…