Но под полноценного паладина я маскироваться не смогу — любой жрец с первого же взгляда определит, что мой молот создан не первостихией и имеет скорее арканную природу. Поэтому лучше сразу прояснить свою непричастность к данной организации.

— Во-первых, я не паладин, а просто странствующий воин. Во-вторых, мальчишка уже пять минут как клюет носом и в ближайшее время уснет даже без вашего дозволения. Ну а в-третьих, я иду в ту же сторону, что и вы, и завтра мы продолжим путь к землям сира Гаритоса. До них меньше суток пешего хода, но на этот рывок вам потребуются силы, поэтому не перечьте мне и отдохните.

— А как же вы? — Это ослиное упрямство начинает раздражать.

— Я послежу за костром. — Отворачиваюсь от женщины и начинаю молча смотреть в костер, после чего ей не остается ничего иного, как последовать моим указаниям.

Наконец-то меня оставили наедине с моими мыслями…

***

Первый солнечный луч прорвался сквозь полупрозрачные шторы в покоях Алекстразы и упав на лицо красноволосой «высшей эльфийки» заставил её недовольно поморщиться и с открыть глаза.

" — Новый день, новые заботы…" — Протерев замутненные после долгого сна очи, Хранительница Жизни аккуратно взяла с прикроватного столика стоявший там флакон с лечебным зельем и стараясь не тревожить прикрытый повязками бок, выпила его содержимое.

Бой с Архимондом дался древней защитнице Азерота крайне тяжело. Мало того, что архидемон буквально в пару заклинаний смог пробиться через природную защиту Аспекта и начал бить напрямую по её энергетике, так еще и приспешники Осквернителя не стояли в стороне и воспользовавшись пробитой хозяином бреши, добавили королеве Красной Стаи несколько серьезных ранений.

Благодаря Малигосу, который при виде архимонда заорал что-то неприличное и начал корежить пространство своими заклятиями, предводители драконьих стай смогли отступить но эта атака дорого обошлась Хранителям Азерота. А наибольшие потери понесла именно Красная Стая, которая атаковала позиции приспешников Саргераса в лоб.

Последствия схватки с правой рукой Падшего Титана были настолько ужасными, что… Стая Алекстразы стояла на грани своего уничтожения.

Род Красных Драконов, что стоял на острие атаки, превратился из самого сильного и многочисленного в пародию на стаю Малигоса — чуть больше двух десятков самок из которых лишь семеро являлись взрослыми драконицами, способными дать хорошее потомство, да пятеро чудом выживших в сражении самцов, двое из которых уцелели лишь по той причине, что сторожили саркофаг Мадаава.

До битвы с архидемоном, это соотношение среди потомков Хранительницы Жизни было строго обратное, но так как наиболее боевая часть Красной Стаи, состоящая как раз из мужчин, погибла под заклятиями Осквернителя — в данный момент у красных драконов была огромная проблема с восполнением численности.

Которая также усугублялась тем, что один из выживших самцов был довольно старым, двоим было нужно непрерывно охранять темницу некроманта, а еще пара выступала в роли охраны Алекстразы и не могла выполнять свой долг по продолжению рода.

Но просто так взять и отозвать их Королева Красной Стаи тоже не могла. Даларанские маги были не самыми надежными союзниками, а их предводительница явно испытывала симпатию к одному беспринципному слуге Смерти, из-за чего её отношения с Аспектом были сильно натянутыми. И чтобы у чародеев не возникало ненужных мыслей… Таких как изъять у обессиленной защитницы Азерота рунический ключ, с помощью которой можно было открыть тюрьму Грегора — пара драконов всегда должна была охранять выделенные Алекстразе покои.

До открытой вражды, само-собой дело бы не дошло, ведь Праудмур сейчас нуждалась в союзниках не меньше самой Хранительницы Жизни, но пара могущественных созданий подкрепляла как верность самой Праудмур, так и уверенность Аспекта Жизни в своих союзниках.

А нервничать ей было из-за чего…

Из-за ранения Королева Красной Стаи была настолько слаба, что ей приходилось все время находиться в форме высшей эльфийки, в которой она восстанавливалась намного быстрее, чем в виде огромной ящерицы. Принимать свой истинный облик Алекстраза в данный момент даже не пыталась — был сильный риск, что в виде гигантского дракона, раны и истощение добьют её окончательно.

Целебные эликсиры, которые ей принес один из потомков, сильно ускоряли процесс лечения, но Архимонд был крайне могущественным и практически богоподобным колдуном, который не первый раз бился с защитниками Азерота и знал, с кем ему предстоит сражаться. Раны, нанесенные чарами синекожего эредара, затягивались неохотно и как будто бы сопротивлялись всем попыткам себя излечить.

И в текущих реалиях это было для Алекстразы крайне неприятным фактом, ведь по-сути она оказалась прикована к своей постели в гостевых покоях Города Магов и влиять на происходящие в мире события могла примерно… Никак.