Жестом приказав своим подчиненным не делать глупостей, Шандриса начала думать, что же ей дальше делать.

Жрица оценила честность и открытость зеленокожего вождя, но просто так отпустить их отряд она не могла — приемная дочь Тиренд являлась командиром среднего звена, а не предводительницей всех Часовых и даже если бы она закрыла глаза на действия Тралла, то на остальных командиров это не повлияло бы совершенно никак. Более того — из-за того, что Верховная Жрица являлась её родней, за Оперенной Луной всегда пристально наблюдали другие стражницы Ашенваля и Шандрисе приходилось прикладывать куда больше усилий на своей должности, чтобы доказать, что она занимает её по достоинству, а не из-за родственных связей.

И разгуливающий по Ашенвалю отряд чужаков мог обойтись Шандрисе очень дорого.

Но вместе с тем она прекрасно понимала, что если Тралл сейчас скажет «Нет», то остановить его в одиночку она не сможет — таурены просто втопчут небольшой отряд Оперенной Луны в землю за считанные мгновения, а зеленокожий заклинатель стихий при помощи стихийных духов создаст сверху аккуратный могильный холмик.

Да и не хотелось Шандриссе сражаться с этими чужаками!

Ночной эльфийке пришлись по душе слова молодого вождя и она прекрасно понимала его желание защитить собственный народ, ведь по тем же самым причинам приемная дочь Тиренд и вступила в Часовые после Великого Раскола — когда демоны убили всю её семью, ночная эльфийка поклялась себе, что сделает все, дабы подобный кошмар не повторился вновь.

И винить другого в том, чему она сама же следовала, да еще и после его помощи в бою… Приемная дочь Тиренд была не настолько лицемерна.

— Если… Вы хотите продолжить свой путь на землях Ашенваля, то вам сперва придется получить дозволение Верховной Жрицы. — Самостоятельно пропустить отряд Тралла Оперенная Луна не могла, но вот её приемная мать вполне могла если и не уладить конфликт между их народами, то как минимум сгладить самые острые углы. — Если вы не хотите, чтобы кал’дорай считали вас врагами, конечно же…

В отсутствие своего возлюбленного Тиренд Шелест Ветра являлась самой влиятельной персоной среди ночных эльфов и обладая огромным уважением среди детей звезд, именно она занималась налаживанием дипломатических контактов с другими расами… Если под это определение попадало улаживание разногласий, что изредка появлялись между ночными эльфами и фурболгами, которые жили в дебрях Ашенвальских лесов. Все же кал’дорай были теми еще затворниками и с момента Великого Раскола бессмертный народ по большей части игнорировал происходящие в мире события, занимаясь своими собственными делами.

Но как бы то ни было — лучшей кандидатуры, чем Верховная Жрица у Шандрисы все равно в данный момент не было. Жрица хотела помочь молодому вождю также, как он помог ей в недавней битве, но одобрить пусть временный, одноразовый и крайне своеобразный, а все же союз, в Ашенвале могли немногие.

А точнее всего три кал’дорай могли сделать так, чтобы помощь Траллу не выглядела предательством: Шан’до Малфурион Ярость Бури, который в данный момент постигал Изумрудный Сон, предводительница Стражей Майев Песнь Теней, что отличалась крайней резкостью в суждениях и не слишком жаловала чужаков, ну и Верховная Жрица Элуны.

Договориться с кем-то, кроме своей приемной матери, у Шандрисы не было и тени шанса, но вместе с тем Оперенная Луна не была уверена, что и Тиренд согласится пустить отряд зеленокожего орка на земли ночных эльфов — хоть она и старалась не подавать виду, Шелест Ветра тяжело переживала гибель Хранителя Лесов и визит одного из них вряд ли бы её обрадовал.

— Если это поможет не только покарать Громмаша, но и сохранить мир между нашими народами — я согласен. — Без тени сомнений кивнул призыватель стихий. — Но прежде, чем мы отправимся в путь, я бы хотел похоронить этих орков по нашим обычаям. — Тралл указал на лежащий рядом с ним труп краснокожего дикаря. — Пусть эти приспешники демонов и презрели все то, чему я пытался их научить — когда-то они были моими сородичами. И в память об этом я бы хотел воздать им последние почести…

***

— М-м-м… — Сладостно потянувшись, Королева Красной Стаи с блаженной улыбкой растянулась на кровати, но спустя миг воспоминания о прошлом дне настигли разум древней защитницы Азерота, с которой тут же слетел любой намек на негу и которая вскочив с постели, начала озираться по сторонам.

Но разгромленные покои Аспекта Жизни были пусты.

В них не было ни Грегора, ни «Сира Нагадинока», ни даже его огромного молота и если бы не разрушенная обстановка, сломанная мебель и отверстия от её собственных рогов на стене, то Алекстраза вообще посчитала бы, что недавние события ей просто приснились.

— Сбежал… — Громко выдохнув, Хранительница Жизни утомленно рухнула обратно на кровать и начала разглядывать потолок своей комнаты.

Женщина не понимала, что ей в данный момент стоит чувствовать — разочарование или облегчение от того, что флегматичный чародей решил после страстной ночи уйти не попрощавшись.

К легкому стыду древней защитницы Азерота, постельную битву она некроманту все же проиграла: из-за того, что Королева Красной Стаи еще не успела восстановиться после полученного ранения, а Мадаав вернул себе истинный облик… Иначе быть просто не могло. Вдобавок ко всему служитель Смерти оказался крайне вынослив — где-то на восьмом часу страстных ласк тело Аспекта не выдержало и она просто-напросто потеряла сознание во время очередного… Приступа удовольствия.