Давление усилилось.

— Вот черт! — выругалась Эверилд.

— Что? — тело вампирши содрогнулось, и Яхве ушел.

Эверилд выдохнула, и стало дышать легче, зато явился сатана с бутылкой мартини в белом костюмчике и подмигнул вампирше, сказал самодовольно:

— Видела, как я его?

Только вот ей сейчас совсем было не до дьявола. Перед глазами все поплыло, но Эверилд держалась, стиснув зубы, и почти встала на колени. Все это время творец с интересом за ней наблюдал.

— Черта с два, я буду лежать! — выругалась вампирша и таки встала на ноги, хотя ее шатало, словно она пила сто лет без продыху.

— Сразу видно, наша порода. Гордыню можно бочками пить. — прокомментировал Сатана.

Из озера раздались аплодисменты и творец сказал:

— Отличный был спектакль! — и исчез.

Только сейчас вампирша осознала, что с нее мясо начало сходить слоями, а кости трещат от пережитого чудовищного напряжения. Она посмотрела на левую руку и истерически расхохоталась, а Диана пришла в ужас: тело вампирши медленно, но верно обращалось в порошок, и тогда она закричала! Диана звала бога смерти - Дьявола! Он явился и, поморщившись, сказал:

— Зачем кричать так?

Богиня бросилась к нему в ноги, начав умолять.

— Спаси ее! Ты можешь, а я в долгу не останусь!

— Кого ее? — не понял скелет, светящийся изумрудом изнутри.

Диана отчаянно указала на хохотавшую, как безумную, Эверилд. Она уже лишилась части тела.

— Как любопытно, вампир разума. — бог смерти прищурился и, щелкнув пальцами, попытался остановить распад, но не тут-то было.

— Ее наказал Творец?

— Не наш.

— Тогда это дело становится еще интересней. — усмехнулся бог смерти и щелкнул костяшками.

Эверилд лежала окровавленная на полу. Бог поднял вампиршу, как пушинку и зашвырнул в воду, отчего ее смех захлебнулся. Тело пошло ко дну и он, самодовольно улыбнувшись, сообщил Диане.

— Если ты хочешь ее спасти, то поторопись, я не смогу вечно держать ее душу.

— Что мне надо сделать? — побледневшими губами спросила Диана.

— Что ты делаешь, когда создаешь Марути?

Диана сейчас была очень похожа на школьницу и, закусив губу до крови, стала водить в воздухе руками. Из воды начала всплывать красивая плоть Марути. Сначала она создала ей волосы, потом голову и дальше уже по накатанной. Через короткий промежуток времени, Диана уже держала в воздухе тело прекрасной Марути. Еще ни в одно существо, она не вкладывала столько души, как в нее. Кожа приобрела нежно-красный оттенок, потихоньку превращаясь в розовый, а волосы окрасились в лиловый цвет. Диана заново лепила Эверилд, вкладывая всю фантазию, сделав ее тело еще более утонченным, а кожа светилась изнутри.

— Какого цвета сделать ей глаза? — она подумала и остановилась на прозрачно—голубом.

Диана еще немного подумала и создала ей нежную персиковую кожу, а волосы стали прозрачно-розового цвета.

— Я предлагаю отбелить ее кожу, чтобы подчеркнуть цвет волос. — закусив губу, говорила богиня. — Перламутровые волосы и мраморная вампирская кожа будут идеально сочетаться. Хотя нет, красные волосы с розоватым оттенком, вот что надо. Они будут гореть, словно вишнёвое пламя, смягченное розовыми волосками в самых неожиданных местах.

Бог смерти усмехнулся, и добавил в кожу нового вида Марути мертвенных красок. Диана от напряжения закусывала губу, а по лбу стекала капелька пота. Она окрасила очи своей подруги в темно-розовый цвет. Бог смерти криво улыбнулся и, щелкнув костяшками, добавил розовому цвету кровавых оттенков. Потом передумал, и остановился на прозрачно-красном цвете глаз, словно смотришь на них сквозь стекло.

— Вот это великолепный хищник: хрупкая, воздушная и невинная. — Дьявол расхохотался, завершая свои штрихи.

Перед ним висела в воздухе идеальная вампирша с магией Марути. Затем они немного подумали и добавили раскосый разрез глаз, слегка смягчили черты лица и к ним добавили легкий оттенок опасности. Боги понимающе переглянулись и оба остались довольны результатом.

— Это великолепно! Бесподобно! Притаившийся хищник в засаде!

Бог смерти хлопал в ладоши.

— Спасибо, что позвала меня и развеяла скуку.

— Если бы она не призвала Творца из другого мира, ничего бы этого не было. Но Эверилд слишком гордая, чтобы стоять на коленях перед Творцом! — все это Диана быстро проговорила, жадно всматриваясь в плавные черты лица Эверилд.

Когда Сатана отсалютовал бутылкой, сказал:

— Меня забыли. — он щелкнул пальцами, добавив в ее внешность немного демонической красоты и, помахав бутылкой из под мартини, ушел в закат. Воевать с местными богами не было никакого желания.

Диана едва обратила внимание на тираду Сатаны, ведь ее беспокоило другое:

— Почему она не открывает глаза?

Дьявол нахмурился, недовольно всматриваясь в место, где секунду назад стоял Сатана. Но, только убедившись, что тот пропал, бог обернулся к Дьяволу и посмотрел на вампиршу, с умопомрачительной дьявольской красотой, за которую он простил вторжение чуждого бога. Таких экземпляров у них еще не было. И не отвечая на вопрос богини любви, задал другой интересующий его вопрос: