— Ты мне уже давно обещал рассказать, когда будет время! Вот, время, безопасность! Не смей опять увиливать и скрывать от меня все! — Голос был явно заведенный и прямо звенел от сдерживаемых эмоций. Еще бы понять, каких…

— Ксюш, да там правда, нет ничего интересного. Или полезного. Более того, после этого, может, вообще захочешь от меня сбежать, а как же я без тебя…

Неумелая попытка лести не сработала. Или сработала, но не так. В общем, желаемого результата не принесла.

— Тогда я тем более хочу знать! Может, ты маньячелло какой-то, а я одна с тобой шарахаюсь по лесам!

— Вообще не был, но общение с тобой активно подталкивает ступить на эту дорожку — снова горько вздохнул я и повернулся к молча наблюдающему за нами Папаю. — Вещай уже, она зеленая.

Зелеными мы называли тех, кому можно доверять, но что-то свое, не защищенное никакими страшными грифами, типа “особой важности” и все такое. Впрочем, у меня ничего такого давно уже не было, а этому охламону вряд ли бы доверили что-то, важнее несения караульной службы. А лично я бы и ее не доверил, хехе. Шутка, так-то он боец хороший. Только придурок.

— Ну, в общем, это… — Замялся Папай. — Я с КПП связался же с начразведки, он тут у меня за главного, обрисовал ситуацию. Рассказал, кто ты и что ты…

— А кто он и что он? — Влезла Ксюша.

— Нуу… Служили мы вместе как-то, давно уже, правда — вот и скажи, что дурак. Чего-то понимает все же. — И он был не самый бесполезный во взводе…

— Ага, а сначала говорил, что вообще не служил! — Ксюша снова ткнула меня кулаком в бок. — Вот и как мне тебе верить?

— Не помню, чтобы я от тебя этого просил — с кислой рожей пробормотал я. — И вообще, я как-то уже обмолвился, что был грешок, поносила судьба по всякому.

— Но сначала же соврал! — Не успокаивалась секретарша.

— Так! Мадемуазель! — Рявкнул Папай. — Если вы планируете каждую мою фразу перебивать, я лучше этого персонажа вызову к начальству и там с ним поговорю! Только ради него же и решил заранее обкашлять!

Ксюша тут же сдулась. Не умеет она, когда на нее голос повышают. А мой старый товарищ продолжил:

— Короче, есть идея предложить тебе место у нас. Тут же гражданских уже за двадцать тысяч только в нашем городке, причем, в основном женщины, дети, да старики. А нас и тысячи не наберется, а их надо и защищать, и кормить, и одевать. Может быть, даже не рядовым поставят. Сам понимаешь, тесты-шместы, психологи. Прикинь, реально психологи есть. Наши-то все сразу при пиз…. При звиздеце, в смысле, растеклись, как понос сквозь пальцы, но ничего, из местных набрали, вполне себе способные. Оружие только на дух не переносят, один даже икать сразу начинает, но мы их вдалеке от ЛБС* держим, как-то справляются. Хотя отцы-командиры, конечно, когда их видят — скрипят зубами на весь ППД, мол, с какими убогими приходится работать. Так о чем это я…

— Что место мне предложить кто-то хочет.

— А, да! Так вот! Если все тесты пройдешь хотя бы на “уд”, могут сразу и сержевские погоны налепить!

— Вот радость-то — буркнул я — и содержание в семьсот сорок рублей, поди, обеспечат?

— Да хоть во все рубли мира, кушай, не обляпайся! — Папай даже взмахнул руками. — Кому они нужны-то, бумажки эти еб… сра… Бумажки эти, короче! Но на довольствие поставят, жить будешь хоть и по уставу, но зато в тепле, сыт, здоров и нос в табаке!

— Очень, конечно, привлекательно. Папай, конь ты шахматный, это ты вольной жизни не видел, а я-то успел пожить. И мне сейчас под ваш устав запрягаться снова — это ну совсем не в жилу. — Обронил я, не поднимая головы. Отчего-то было как-то стыдно. — И это даже не считая, что я тут вообще-то не на экскурсии. Я домой еду.

— Да куда ты едешь? Кому ты нужен? — Искренность и прямота неприятно резанула. — И, если уж откровенка пошла, разве тебе кто-то нужен? Я тебя, конечно, давно в лицо не видел, но что-то мне подсказывает, что не сильно ты поменялся.

— Хорош! — Я рыкнул, даже не пытаясь сдержаться. — Тоже, что ли, в психологи подался? Можешь свое мнение на этот счет написать на бумажке, а дальше сам знаешь, что с ней сделать!

— Да-да, свернуть трубочкой и засунуть туда, где никогда не светит солнце. Мрак, ну правда…

— Я Кирилл!

— Кирилл, ну правда. — Он даже не сбился с тона. Все-таки, не прав я был, даже этот чудик повзрослел и научился играть в жизнь. — Куда ты собрался? Вся Сибирь и ДВ навернулись, даже наш солнцеликий командир уже, кажется, не верит, что все вернется, как было. Это новый мир, брат. И жить мы в нем будем по-новому, уж прости за пафос. Мир, где твой опыт пригодится, а у нас ты реально сможешь быть полезным и нужным. Тут ты нам пригодишься, а мы пригодимся тебе, у тебя будет надежный тыл. И даже прикроем тебя от некоторых особо любопытных персонажей в красивой городской униформе…

— Что? — Я вскинул глаза, рука сама скользнула к поясу, где, конечно, не было уже привычной кобуры. — Что ты знаешь?

— Брат, успокойся. — Мне на плечо легла рука, которую очень захотелось сломать. Но сдержался, конечно. — Командир поделился, что фэйсы ищут кого-то, подозрительно похожего на тебя, но ты же знаешь, как мы к ним относимся. Срать на их пожелания с высокой колокольни. Вприсядку и с задорными песнями. И ты не подумай, что мы тебя так к себе тащим, ни боже мой! Если ты сейчас даже прострелишь мне яйца и уедешь в закат со своей принцессой, принципиально тебя никто из наших не сдаст.