— С домашней лапшой? — уточняет. — Ты серьезно, что ли? Или издеваешься?

Глаза сверкают обидой.

— Клянусь, что хочу. Хотел, но пришлось тебя спасать. В общем, на твое усмотрение. И, кстати, можешь вернуться в старую квартиру. С новой могут быть проблемы. Хозяев поставили в известность, и, оказывается, они вообще просили Михаила найти ему покупателей, а тот сдавал под шумок и греб все деньги себе.

— Подлец! Еще и здесь… обманул! — возмущается Глаша. — Выходит, я ему еще и треть суммы заплатила, за то, что он меня чуть не… — голос прерывается. Потом девушка добавляет тихо, но пытаясь звучать уверенно. — Чуть не изнасиловал.

— Только не загоняйся, уродов кругом хватает. И, кстати, я реально буду самым беспроблемным соседом. Потому что надо навестить семью, пожить у них… Так что не опасайся, живи. Если надумаю нагрянуть и и перекантоваться, буду предупреждать. Все-таки контактировать с семьей легко и приятно только на словах и в фантазиях.

— Хорошо. Я согласна, — говорит осторожно.

— Перевезти твои вещи? — предлагаю. — Обещаю не рыться в твоих трусиках.

— Надо поспешить, да? — вздыхает.

Маленький нюанс — все вещи Глаши я уже перевез.

Потому что хозяева подняли бучу и были готовы вышвырнуть все вещи на помойку. Откровенно говоря, так и произошло.

Мне удалось спасти лишь часть вещей. Остальные… типа прикупить придется?

Понятия не имею, что именно выкинула та заносчивая семейная пара, но вещей у Глаши немного. Гардероб скромный. Надо заказать ей капсулу, размер знаю. Напрягает лишь то, что теперь девчонка от любой помощи будет ждать подвох, поэтому придется осторожничать, не наседая.

Еще один нюанс, но уже такой, о котором вслух не признаюсь. По крайней мере, сейчас, когда Глаша едва пережила грязные приставания мудака и слишком напугана.

Итак, все ее трусики я уже перевернул.

Некоторые мне даже понравились.

Но и от себя кое-что добавить захотелось.

Уже купленное. Впрок. Бельишко белого цвета. Довольно целомудренное, кстати, но стоит только представить его на девчонке, и все, кран потек…

— Да, поспешить придется. Хозяева настроены категоричны и успели выкинуть кое-что. Хочу спасти то, что осталось.

Как ни странно, но именно после честного ответа Глаша дает согласие, но сама явно думает: где бы взять деньги.

— Я очень благодарна тебе за помощь. Безумно. И если я могу ответить тебе… То обязательно дай знать.

— Для начала сойдемся на бульоне и на том, что ты от меня не шарахаешься в сторону, как от прокаженного, а дальше… поглядим, как тебе?

Девчонка радостно заулыбалась, до чего же милая, а… Я, ебать, весь свечусь от ее улыбки под плотным панцирем приобретенного цинизма.

— Я сварю тебе куриный бульон. Сразу, как только выпишусь. И пирожки напеку. Любишь пирожки? У меня пирожки с вишней хорошо получаются. И с картошкой…

Я бы твой пирожок потискал с удовольствием. Но я же на охоте, поэтому на пирожки соглашаюсь.

***

После выписки Глаши проходит неделя постепенного, медленного сближения.

По капельке…

Тот самый бульон получается отпадный. Забыв о манерах, я хлюпаю супом и втягиваю лапшу со звуком.

Огонь… Огонь просто..

Простите, мама, но у Глаши вкуснее.

***

Глаша вкусно готовит, я покупаю продукты.

Не планировал заглядывать к ней к ней ежедневно, но получается именно так.

На домашних харчах нормально так… вес можно набрать!

Завоевываю доверие малыхи постепенно, по миллиметру приближаюсь, сгоря от желания напихать как можно глубже.

Впрочем, напихать есть кому… Ирка в ахуе и в восторге от ежедневного трения.

А Глаша — ох, вкусненькая и манкая, ломкая, хрупкая.

После очередного ужина я передаю ей тарелку.

Мы нечаянно сталкиваемся после того, как она разворачивается, не ожидая, что я сам встал подать ей грязные тарелки.

Разворачивается, впечатывается в мой торс.

Прямехонько так.

— Прости, — шепчут ее губы.

Я быстро перехватываю ее тонкий стан, второй рукой ставлю тарелки на стол.

По лицу девушки расползается жар вместе с румянцем.

Взгляд Глаши взметнулся по моему лицу и опустился к шее. Снова поднялся вверх, застыв на моих губах.

Опачки, кто-то о поцелуях задумался?

Это будоражит. Неожиданно сильно и пьяно бьет в мою голову.

Я тут неделю козликом скачу вокруг нее, а когда рядом — действую, словно сапер, не наседая, а она…