Но дело вовсе не в этих звуках. Я не хочу слышать того, как верещит чертенок с плеча, не желающий оставлять попыток меня переубедить.

«Глупая, ты же без меня точно в дурдом уедешь! Кто у тебя останется? Матери ты не нужна. Брат о тебе вспоминает раз в пятилетку, друзей у тебя теперь нет, мужика нормального — тоже, да без меня ты совсем одна останешься! Что делать-то будешь без моих советов, Милашечка?» — взывает к моему разуму он, но я старательно его игнорирую.

Я ведь и так одна. И всегда была одна. Последние десять лет у меня не было ни нормальной семьи, ни нормальных друзей, ни нормального мужчины. При этом судьба поиздевалась, показав на примере Дубининой, что дружба все-таки существует. Свела с Марком, чтобы я поняла, что такое настоящая искренняя любовь. Но, оказалось, что я не достойна ни того, ни другого.

«Ты достойна всего, дорогуша! Поехали домой, ты там успокоишься, мы все обсудим и всё будет хорошо, обещаю тебе!»

Не будет. Я сама усугубила ситуацию до крайности и окончательно запуталась. Но продолжаю идти напролом, поддавшись какому-то иррациональному чувству, что поступаю правильно. Чувству, что если и есть в моей жизни какой-то путь, ведущий к Марку, то это именно он.

«Чушь и ересь! — в отчаянии чертенок топает ногами по моему плечу. — Нестерову ты нравилась именно такая — шизанутая! Именно такую тебя он считал совершенством! А без меня ты станешь обычной среднестатистической бабой, которая ему и даром не нужна!»

А я итак ему даром не нужна, так что ничего не теряю.

«Теряешь, Милашечка! Теряешь меня! Останови эту жвачную татуировщицу, пока не поздно! Жалеть же будешь!»

Молчу. Я и без того только и делаю, что жалею. Слишком много глупостей уже наворотила. Незачем нарушать традицию.

«Мы ведь столько с тобой прошли».

Прошли. Только теперь наши пути разошлись, и я уже решила, что дальше должна идти одна. Но когда следующая фраза невидимого чертенка обрывается на полуслове, из горла вдруг вырывается непроизвольный всхлип.

— Мил, всё норм? — беспокоится Ирэн, ни на секунду не переставая жевать.

Отвечаю сдавленно:

— Да.

Знаю, что это не блеф. Не очередной прикол. Он не вернется, потому что внутри неожиданно стало пусто и горько, словно действительно часть оттуда изъяли. Так глупо. Мы ведь и правда столько вместе пережили, а даже не попрощались толком.

Чувствую, как слезы хлынули из глаз и льются ручьями так, что не остановить. Раньше я редко плакала, но с появлением в моей жизни Нестерова, делаю это с завидной регулярностью.

Ирэн снова интересуется:

— Может перерыв нужен?

— Не нужен, — отзываюсь я, и вру: — Продолжай. Всё в порядке.

— Потерпи, совсем немного осталось. Старую картинку уже не видно совсем. Хотя, чертенок прикольный был, я бы такого не забивала.

Ее слова лишь усугубляют положение. Я снова всхлипываю. «Жвачная татуировщица», как напоследок успел окрестить ее чертенок, и представить себе не может всю степень его прикольности и вообще незаменимости лично для меня.

Больно, горько и одиноко почти так же, как после разрыва с Нестеровым. Только тогда мое одиночество не было абсолютным, как сейчас. Думаю, чертенку бы это польстило. Но он уже никогда об этом не узнает.

Прячу заплаканное лицо, уткнувшись в кушетку, но Ирэн не отстает. То ли ловит на мне хайп, заставляя отрабатывать обещанную скидку, то ли просто пытается отвлечь:

— Мил, нас почти четыре тысячи человек сейчас смотрят. И вопросы задают. Правду рассказывает Береза?

Ради ответа приходится повернуться:

— Честно говоря, не знаю, что он рассказывает, — отзываюсь я глухо, догадываясь, что ничего хорошего.

— Говорит, что ты пропала из соцсетей потому, что вы с ним расстались, а без него ты ни на что не способна. Но, зная его, как-то не верится.

Фыркаю, на какое-то время забыв о собственном горе:

— Для того, чтобы расстаться, нужно было встречаться. А Береза всегда был во френдзоне.

— Тогда почему ты исчезла? Дело в скандале с Зориной? Отсутствии договоров на рекламу?

Интересный вопрос, а ответ на него слишком личный. Я не готова таким делиться. Поэтому, как можно более обтекаемо произношу:

— Не только. У меня не было цели никуда исчезать. Но один человек заставил меня пересмотреть приоритеты. И красивый фасад, за которым я столько лет пряталась в соцсетях, стал ненужным. Есть более важные вещи. Простые, искренние и настоящие.

— Ого, — безошибочно учуяв запах сенсации, Ирэн отвлекается от работы, перестав колоть иглой тату-машинки кожу на моей лопатку. — Судя по всему, речь о новом мужчине! Расскажешь о нем?

Качаю головой:

— Не стану. Пусть это останется в секрете. К тому же, его все равно нет ни в одной соцсети. Но моя жизнь сейчас стала совершенно другой. Не такой, которую хотели бы видеть мои подписчики. И я сама — больше не та, к кому они привыкли. Многие отписались и были правы. Пока я в поисках себя, в соцсети меня не тянет.