– В чём совпадение?

– Бурмина загрызла стая бездомных собак на пустыре, через который он ходил к гаражу. Дело было вечером, свидетелей не оказалось, следы собак, отметины зубов, никаких других травм – ни предсмертных, ни посмертных. По всему выходило, что расследовать там нечего. Ребята с «земли» так вдове и сказали, но она подняла шум и добилась приезда опера с Петровки… меня, в смысле. – Гусев помолчал. – А поводом для шума стали кошмарные видения, мучившие Бурмина несколько предыдущих месяцев.

– Так. – Вербин стал предельно внимательным. – Дай угадаю…

– Тут угадывать нечего, – развёл руками Гусев. – В тех видениях на Бурмина нападала стая собак. И разрывала в клочья. Такое вот совпадение.

– Жена сказала, что это не случайно?

– Сказала, конечно, и письма писала по инстанциям. Только доследственная проверка ничего не выявила: Бурмин работал инженером в Мосэнерго, занимался производством, проблем на работе у него не было, характеризовали его как хорошего специалиста. Ни с кем не конфликтовал, никому дорогу не перебегал. О видениях коллеги не знали, видимо, на результаты работы они не влияли. В общем, жуткое совпадение.

– Собак определили?

– Неподалёку жила стая, на неё… – Гусев выдержал паузу, но затем всё-таки произнёс то, что вертелось на языке: – На неё всех собак и повесили.

Вроде как пошутил. И даже, можно сказать, удачно, однако смеяться не хотелось.

– А что медэксперты сказали? – вдруг спросил Феликс.

– О чём? – не понял Гусев.

– О породе собак. – По взгляду собеседника Вербин понял, что так далеко коллега не копал. – Эксперты определили, собаки какой породы напали на Бурмина? Ну, в смысле, те ли это собаки?

– Бурмин был очень сильно порван, – медленно ответил Гусев. – Не один укус, а множественные травмы. Не думаю, что там можно было что-нибудь определить.

– Тоже верно, – согласился Феликс, понимая при этом, что определили бы, обязательно определили. Он был благодарен коллеге за информацию и не хотел давить на то, что Гусев не докрутил дело. А он явно не докрутил. – К тому же я не думаю, что это имеет большое значение… Бурмин обращался за помощью к специалисту? Или только жене жаловался?

– Он точно ходил к психотерапевту, – уверенно ответил Гусев. – Хотел избавиться от видений.

– Говорил с ним?

– Да. Мужик показался толковым. Очень переживал, что Бурмин умер, сказал, что только-только подобрал ключ к решению его проблемы – и на тебе.

– Имя помнишь?

– Нет, конечно. Но в материалах дела оно точно есть, я в отчёте указал.

– Спасибо. – Вербин пожал Гусеву руку. – С меня пиво.

– Я напомню.

– Договорились.

– Скажи… – Гусев помялся. – Ты действительно видишь связь?

– Пока нет, – честно ответил Феликс. – Но согласись, факт любопытный.

Гусев помолчал, после чего кивнул:

– Согласен. – И направился к своему столу.

Вербин же сделал пометку в записной книжке, убрал её в карман, и тут же достал из кармана зазвонивший телефон:

– Привет!

– Ты на катке? – шутливо спросила Марта.

– Ты не поверишь, но нет, – рассмеялся в ответ Феликс.

– Привет. – Ей очень понравилось, что Вербин понял и поддержал шутку. – Как твои дела?

– Ну… – Рассказывать по телефону о главной новости Феликс не хотел, поэтому сформулировал несколько расплывчатый ответ: – Есть кое-какие заморочки, расскажу потом.

– Обещаешь?

– В них нет ничего секретного.

– Ты сейчас где?

– На Петровке.

– Какие планы на вечер?

– Ты вернулась?! – Прятать охватившую его радость Феликс не собирался. – Ты дома?

– Только что зашла в квартиру. – Марта помолчала. – Хотела сделать сюрприз.

– Сюрприз удался, – не стал скрывать Вербин, прикидывая перечень срочных дел. – Я смогу быть часа через два, не раньше.

– Я буду ждать.

И она не просто ждала…

По тому, как быстро распахнулась дверь, можно было подумать, что Марта наблюдала за лестничной площадкой и открыла, едва убедившись, что из лифта вышел Вербин. На самом деле, конечно, не наблюдала, но ждала нетерпеливо, открыла быстро, бросилась на грудь и прижалась, обхватив Феликса за шею. И прошептала:

– Привет. – Едва слышно.

– Привет. – Вербин мягко обнял Марту, на несколько мгновений замер, вдыхая её запах – уже знакомый, уже любимый, затем спросил: – Что-то случилось?