Непосвящённые в дела придворные легко могли принять её за члена Двора Войны, а спокойствие и молчание стражи лишь подкрепляло сие заблуждение.

И ведь Люция не лгала.

Просто не договорила.

А скандалистка сама всё додумала.

— И что же вы можете для меня сделать? — настороженно сощурилась она.

— Передать ваше послание, — девушка пожала плечом. — Кажется, вы хотели что-то ему сказать?

Она старалась звучать беспечно, будто её дела нет, хотя внутренне Люцию уже начало потряхивать от предвкушения очередного скелета в шкафу Кейрана. Она чуйкой чуяла — эта гостья пришла по адресу. Принесла желанную зацепку ей прямо в лапки.

В этой истории точно что-то есть. Не каждая несса посмеет так дерзко поливать помоями наследника и что-то требовать от него под крепостными воротами.

И Люция обязательно всё выяснит.

Должна.

Она выдержала пристальный взгляд незнакомки.

— Не только сказать, — со вздохом сдалась женщина и достала из-за пазухи багровый мешочек.

Дыхание перехватило. Люц узнала его. Это подобие кошеля. Кейран передавал его адъютанту здесь же, у ворот. А затем Виктор уехал в город.

— Вот, — несса протянула ей бархатный мешочек между прутьев. Люц услышала тихий звон монет и ощутила на ладони их тяжесть. — Верните ему и передайте… — дама откашлялась, лицо её стало жёстким. — После того что он сделал, пусть не смеет лезть к Эмилии, забудет к ней дорогу и оставит уже в покое! Нам не нужны его кровавые деньги!

Она ещё раз ударила ладонью по прутьям, выплескивая злость, поджала губы, подхватила подол платья и развернулась на каблуках, собираясь уйти.

— Постойте! — окликнула Люция. — Как вас зовут? И как мне найти вас, если принц ответит?

Женщина резко обернулась, взметнув пару медных локонов у круглого лица.

— Я Ирис из «Дома Цветов». Каждый мужик в городе знает, где это. Спросите любого.

С этими словами она накинула капюшон и быстро зашагала к городу. Начал накрапывать дождь.

***

Промокшая до нитки и злая Люция стремительно шла по коридору второго этажа, когда её внезапно схватили за локоть и дернули в нишу за гобеленом.

Девушка тут же схватилась за тупой клинок на поясе, собираясь обнажить сталь и ударить с разворота, но противник оказался быстрее и накрыл её ладонь, а саму Люцию толчком прижал к стене.

Она заполошно дышала сквозь стиснутые зубы и ощущала как грудь и живот неприятно холодит каменная кладка, а к спине прижимается чей-то крепкий торс, пышущий жаром даже через одежду.

— Успокойся, — раздался над макушкой низкий размеренный голос. — Это я.

— Герцог, — шумно выдохнула Люция и с облегчением прижалась лбом к пыльным кирпичам, прикрыла веки. — Нельзя ж так пугать!

Она развернулась, гневно сверкая синими очами, и столкнулась с ним нос к носу.

— Нельзя быть такой беспечной, — холодно парировал Рагнар. — Враг может поджидать за каждым углом. Соберись!

— Не думала, что вы так дорожите мной, Ваша Светлость, — не смогла не съязвить она.

— Забываешься, девчонка! — его фиолетовые глаза яростно полыхнули. Люц потупила взор и поджала губы. — Я не твоя подружка или сопливый дворовый мальчишка, чтобы ты говорила со мной в таком тоне.

— Простите, мой господин, — тут же покаялась она, не отрывая взгляд от мокрых мысов остроносых сапог и подавляя предательскую дрожь. — Я испугалась.

— Что я говорил об оправданиях? — опасно протянул он.

— Сильные не оправдываются. — Она вскинула лицо. Герцог был выше неё на полторы головы, и приходилось смотреть на него снизу вверх. Люция ненавидела такое положение. Ощущала себя слабой и никчемной.

— Верно, — довольно кивнул он и отступил на полшага. Понизил голос: — Время на исходе. Что с «расследованием»?

О, как красиво он обозвал её копания в грязном белье.

— Не знаю. — С досадой бросила Люц в сторону и скрестила руки под грудью. — Не хочу обнадеживать раньше времени, но вроде бы я наткнулась на кое-какую «ниточку». Жду подходящего момента, чтоб без подозрений выбраться из замка и во всём убедиться. Мне кажется — за мной слежка.

Рагнар нахмурился, задумчиво постучал пальцами по подбородку и выдал вердикт:

— Вполне возможно. Смотри в оба. Используй тайные ходы и не светись.

«Да знаю я!» — разражено подумала она, а вслух спросила:

— А что с остатками зелья, которое я принесла? Есть успехи?

Герцог с явной досадой покачал головой, расплескав по груди длинные светлые волосы. Люц только сейчас заметила, что одет он был «по-домашнему»: рубашка с расстёгнутым воротом, узкие брюки, сапоги до колен. Ни дублетов, ни колетов. Так торопился свидеться с ней? Или только от королевы вышел? Или шел?