Шрифт:
А от них стражники защищены. Теми же сапфировыми четками. Или что ни там носят под бронёй?
А Люция… Люция просто пожелала.
И приказала.
Обычными словами.
И это сработало.
Вероятно, причина в том, что Люц использовала не чары, а свою, родную или новую, магию.
Что-то из этого наконец пробудилось в ней. Она не бездарна! Она может колдовать!
Она сможет добраться до Магнуса!
Жестокий восторг охватил её, но тупая боль мигом спустила девушку с небес на землю.
Да, на краткий миг она побыла полноценным террином, химерой, магической тварью — не суть. Но… лучше отказаться от силы и выжить, чем умереть из-за жадности.
Люция быстро зашагала к входу в темницу, оглядываясь по сторонам. Стражи было мало, и они патрулировали на других участках Полигона.
Как сказал тот террин? «Смена караула»? Значит, они шли подменить товарищей на посту у сна.
«Надеюсь, сменщики поленятся выяснить, где носит коллег», — подумала Люция и перебежками двинулась по аркаде, от колонны к колонне.
Вход в темницу никто не охранял, а решетка была поднятна. Дверь в подвалы тоже, скорее всего, открыта. Стражники не планировали задерживаться, а узник и так никуда не денется, он истощен и заперт в клетке.
Какая безалаберность от подчинённых Кейрана! Пусть и не прямых.
Люция в последний раз осмотрелась и, царапая стопы об острую гальку и песок, забежала в ворота.
Переходная комнатка походила на их «гримерку». Просторный каменный «мешок», с каким-то ящиками возле стен и полыхающими факелами в железных петлях.
Огонь ослеплял вблизи, и Люц не стала его брать. Её кости и чешуя светили достаточно, чтобы девушка не потерялась в кромешной тьме.
У двери в подвал она замялась. Рука замерла на ручке-кольце.
«Еще не поздно вернуться» — шепнул разум.
— Я лишь попытаюсь, — убедила себя Люция и толкнула плечом тяжелую деревянную створку.
Сырая тьма проглотила её.
Люц не ведала, куда идёт. Казалось, просто шагала в неизвестность и заворачивала случайно. Но в груди крепло убеждение, что она поступает верно.
В местных казематах фарси была лишь раз и то — в детстве. Ориентироваться здесь сложно: под Главным Полигоном простираются целые лабиринты с клетками, пыточными и сторожевыми комнатами, и истории об очередном новеньком стражнике, не нашедшем выход и погибшем от голода, — леденили кровь.
Люция не знала, что будет делать, попав сюда, никакого конкретного плана не имела, и словно вернулась в прошлое, когда была слабой потерянной девочкой и также отчаянно и бездумно шагала к замку с единственной целью.
Но страхи испарились.
Стоило ступить в узкие, холодные и мрачные коридоры, и её словно потянуло вперед на невидимом поводке. Это магия сприггана, — чувствовала Люция. — Она ощущает родного владельца и тянется к нему.
Стало немного обидно. Ведь собственная магия никак не проявляла себя до сего дня.
Или Люция просто не понимала, как ею управлять? Как пробудить?
Резкая боль вспыхнула в желудке, желчью подкатила к горлу. Люц замутило, голова закружилась. Она пошатнулась и припала к прутьям очередной решётки. Прижалась к их вонючей и холодной поверхности лбом, желая совладать с тошнотой, отдышаться.
Здесь нельзя блевать. Следить.
Нельзя, чтоб кто-нибудь узнал о её тюремных похождениях.
Внезапно, она расслышала тихие постанывания и шорохи. Они доносилась прямо из этой клетки.
Люц прислушалась к клубку чужеродной магии в груди и поняла, что «зов» вёл её сюда.
— Спригган, — тихо позвала она и попыталась разглядеть в темноте, того кто копошился на полу. — Э-эй!.. П-сс!.. Ты слышишь?
Ей становилось хуже. В груди разгорался пожар, на висках и над губой выступил пот, дыхание участилось.
Люц скомкала во влажных ладонях белый подол ночнушки и осела на грязный каменный пол. Она уже не чувствовала его жуткого холода. Вонь отходов, железа и плесени тоже ушла куда-то. В глазах темнело.
— Лэр ассасин! — почти взмолилась она. Стены отразил её голос гулким эхом.
Террин на соломенном тюфяке вздрогнул, зашевелился и подполз к металлическим прутьям.
Он был сильно изможден. Кожа посерела до цвета пепла и туго облепила скелет. От мускулов осталось мало, одежда свисала лохмотьями.