Когда Карлотта вошла в коридор в сопровождении Билли и девочек, у нее с собой не было сумки.

– В чем дело, Карлотта? – спросил ее Шнайдерман. – Что случилось?

– Мы можем зайти и поговорить?

– Да. Конечно.

Они вошли в белый кабинет. Билли и девочки вытянули шеи. То самое место. Комната, куда каждый день приходила их мать. Оно выглядело совсем не так страшно, как они себе представляли.

– Карлотта, вы помните моего руководителя, доктора Вебера?

– Здравствуйте, Карлотта.

Карлотту, казалось, нисколько не смущало присутствие ни детей, ни доктора Вебера. Решимость читалась на ее лице и в каждом жесте.

– Я решила, – сказала она, – что не хочу, чтобы меня закрывали.

– Карлотта, – быстро и мягко встрял доктор Вебер, видя удивление на лице доктора Шнайдермана, – думаю, доктор Шнайдерман вам рассказал, что вас не закроют. Это всего лишь период наблюдения на две недели.

– Это формальность, доктор Вебер, – не согласилась она, – но суть одна и та же.

Доктор Вебер взглянул на испуганных детей, пытаясь понять, что происходит. Их присутствие беспокоило его, но он был рад возможности увидеть, как они общаются со своей матерью. Он был уверен, что они поддерживают ее бред, даже сами не отдавая себе в этом отчет.

– Почему вы не хотите наблюдаться, Карлотта? – спросил доктор Вебер.

– Все очень просто, – сказала она.

– Продолжайте.

– Я боюсь за свою жизнь.

– Но, Карлотта, тут совсем не опасно…

– Нет. Я не об этом. Все проще.

– Хорошо. Рассказывайте.

Карлотта посмотрела в глаза обоим врачам. По какой-то причине она казалась сильнее каждого из них. Она чувствовала свою мощь. Может, все из-за того, что дети сидели рядом.

– Вчера на мою жизнь совершили покушение, – сказала женщина.

– Правда? – в шоке переспросил Шнайдерман.

Доктор Вебер поднял руку, чтобы успокоить коллегу.

– Что случилось? – спросил доктор Вебер.

– В гостиной включили газ. Пока я спала. А окна и двери были заперты и закрыты ковриками.

Доктор Вебер осмотрел лица детей. Он не заметил ни намека на несогласие. Затем повернулся к Карлотте.

– Карлотта, – сказал он, – мы можем положить вас сюда из-за попыток суицида.

– Это не была попытка суицида, – быстро ответила она. – Я никогда еще не хотела жить настолько сильно.

– Ну хватит, Карлотта. Вы прекрасно знаете, что ваше сознание играет с вами. Конечно же это была попытка суицида.

– Нет, – настаивала женщина. – Это была попытка убийства. Говорите что хотите, он убьет меня до того, как позволит уйти сюда.

– Вы пытались совершить самоубийство, Карлотта, и я могу госпитализировать вас сегодня же.

– Очевидцев не было, и я ничего не скажу.

– Вы очень умны, Карлотта.

– Мне приходится принять это решение, доктор Вебер.

– Оставаться больной?

– Оставаться живой. Какие бы у вас ни были теории, он сильнее вас и убьет меня, если захочет.

– Чтобы не дать вам вылечиться?

– Называйте как хотите. Да.

Доктор Вебер наклонился и прошептал что-то Шнайдерману. Тот встал и попросил детей выйти с ним из кабинета. Доктор Вебер повернулся к Карлотте.

– Карлотта, – начал он, – я хочу, чтобы вы легли в больницу.

– Это станет моим приговором.

– Сестры есть на каждом этаже. Если хотите, мы приставим одну лично к вам.

– Этого недостаточно. Вы не понимаете, насколько он силен! Насколько коварен. Он придет за мной. Такой уж он есть.

– Вы не думаете, что я все равно могу вас положить? Из-за того, что вы мне сказали?

– Нет. Пока я никому не врежу.

– Кто вам это сказал?

– Подруга.

– Карлотта, послушайте меня. Мы можем помочь вам, если вы продолжите сессии с доктором Шнайдерманом. Но это займет много времени. А пока вы рискуете навредить своим детям.

– Им ничего не грозит.

– Разве Билли не вывихнул запястье? И это было два месяца назад. С тех пор вы через многое прошли.

– Все потому, что Билли пытался нас разлучить. Теперь он так не сделает.

– Значит, вы морально вредите детям.

Это помогло. Карлотта слегка повернулась. Она не сводила взгляда с доктора Вебера.