Кэм — тот тип парней, в котором легко потерять себя. А я не могу себе этого позволить. В конце концов, мне еще нужно найти себя.

Кэм

Я не понимаю этого чувства в груди, когда она смотрит на меня. Или покалывания на коже, когда рука касается ее кожи. Или почему, черт возьми, я расплываюсь лужей у ее ног, когда та восторженно говорит о дочери.

Соберись, мудак.

Мне никогда не было дела до чьего-либо счастья, кроме счастья семьи. Но с ней? Я бы сделал все, чтобы заставить ее улыбнуться.

— Ботанический сад? — она резко оборачивается. — Я всегда хотела в него попасть. Я думала, что огни сняли, так как Рождество уже прошло.

— Видимо, держат их до конца января.

Я любуюсь тем, как Эддисон рассматривает огни. Они прекрасны, без сомнения. Но не так красивы, как она, увидевшая их впервые.

Тысячи мерцающих огней раскинулись по всему парку. На деревьях и на кустах.

— Я почти чувствую себя как дома, — шепчет она. — Кроме того, что мы гуляем в легких толстовках, а дома была бы полная снегозащитная экипировка.

Судя по тому, как Эддисон произносит «дома», я чувствую, что она скучает по Нью-Гэмпширу. И я ее не виню. Джорджия и Новая Англия — два совершенно разных места. Уверен, это была большая перемена.

Она идет впереди меня, останавливается и смотрит на огромную арку, покрытую огнями.

Я обнимаю ее за талию и кладу подбородок на плечо.

— Спасибо, что поехала со мной, красавица.

Слегка вытянув шею, она смотрит на меня.

— Спасибо, что позвал. Вероятно, я бы уже съела три или четыре печенья и в десятый раз созванивалась по «Фейстайму» с мамой, чтобы увидеть Айлу.

— Милая, я знаю, что ты сказала, что не будет никакого секса, но мне очень, очень нужно тебя поцеловать.

— Кэм, — говорит она, едва шепча, — не следует меня целовать. Нам не нужно все усложнять.

Отступив, я поворачиваю ее лицом к себе. Медленно отводя в темноту за аркой, большим пальцем поднимаю подбородок.

— Да, я говорил себе это неделями. Но знаешь что? Теперь с этим покончил, — положив другую руку на дерево за ней, я наклоняю голову. — Какой смысл пытаться держаться подальше, когда я хочу только тебя?

Она моргает.

— Кэм, ты не имеешь в виду то, что…

— Имею. Правда.

— Откуда у тебя такая уверенность? — говорит она, бросая вызов. — Откуда знаешь, что через неделю или две это не сойдет на нет? Что не потеряешь интерес?

— Потому что до тебя мне никогда не было ни до кого дела, — я переношу руку на ее щеку. — С тех пор, как потрясла мой мир в первую ночь вместе, ты не выходишь из головы.

Ее глаза наполняются слезами.

— Ты не понимаешь. Я не могу рисковать. Мой отец. Айла…

— Твой отец переживет это. А что касается Айлы, то меня не пугает то, что ты мать. Вовсе нет.

Она смотрит на меня, и свет падает на залитые слезами щеки.

— Если это игра, я хочу ее покинуть.

— Не игра. Я докажу это.

Я не теряю времени и крепко ее целую. Ее губы сплетаются с моими, а руки касаются спины.

Изо рта Эддисон вырывается тихий стон, и я его проглатываю.

Отстраняясь, я прислоняюсь лбом к ее лбу.

— Нужно идти, прежде чем я трахну тебя у этого дерева, и кто-нибудь нас увидит, — я отступаю, увлекая ее за собой. — Не думаю, что кто-то из нас хочет отправиться за решетку за непристойное поведение в общественном месте, — чувствуя, как член набухает под молнией, я морщусь, поправляясь. — Хотя это, безусловно, стоило бы того, чтобы почувствовать, как ты обхватываешь мой…

Она прижимает палец к моим губам, расширяя глаза.

— Заткнись! Рядом люди!

— Хорошо. Надеюсь, им понравилось смотреть, как ты вся краснеешь, — я шевелю бровями. — Мне так уж точно. Хотя я бы предпочел, чтобы ты приберегала это только для меня.

Она слегка бьет меня, но я обнимаю девушку за плечи, когда мы идем к остальным огням. Это кажется невероятно правильным. Ну и что, что я ничего не знаю о детях и ее отец убьет меня? Мы разберемся с этим.

Надеюсь.

— Здесь действительно волшебно, — шепчет она. — Жаль, что Айла не может этого увидеть. Она бы сошла с ума.

— Она увидит это когда-нибудь. Мы оба покажем, — говорю я, прижимая ее ближе к себе, помещая маленькое тельце под руку. — Обещаю.

И самая страшная часть обещания?

Я говорю правду.

Глава 15

Эддисон

Сегодняшний вечер действительно похож на сказку. Темная ночь освещается красивейшими огнями в ботаническом саду. Рождественская музыка тихо звучит, пока мы гуляем без всякой спешки. И когда Кэм обещает, что однажды мы привезем сюда Айлу… я ему верю. Что само по себе безумие, потому что все это еще так ново.