— Похоже, мисс Хэнсен тоже была беременна, — вздохнул Джеймс, указывая на запись. Глаза напарника округлились.

— Ты думаешь, что Миллер все же может быть к этому причастен? — спросил тот, поворачивая ключ зажигания. Мотор патрульной машины нехотя проснулся и ворчливо взревел.

— Пока не уверен, но… — Джеймс осекся. Нет, он не имел права сейчас высказывать какие-либо догадки. После оплошности с Миллером ему надо было подходить беспристрастно к любому своему выводу. Он собирался учиться на своих ошибках и трижды все перепроверить, прежде чем обличать свои догадки в слова.

Митчелл понял все без лишних объяснений, потому короткий путь до участка они провели в напряженном молчании. Сэвиджу не терпелось изучить все бумаги и сравнить с имеющимися анализами, чтобы подтвердить предположение, однако на пути в кабинет его остановил Рэндалл.

— Митч, Джим, — с тревогой позвал детектив. — Бэннет хочет видеть вас обоих у себя. Сейчас.

— Он вернулся? — удивленно поинтересовался Билл.

— Ага, буквально пару часов назад. И он явно не в духе… Поэтому лучше не задерживайте его.

Это насторожило обоих офицеров. Едва сдерживая смутные предположения, они, ускорив шаг, дошли до кабинета Бэннета. Сам комиссар стоял у панорамного окна, с грузным видом наблюдая за вновь начавшимся снегопадом. Щелчок дверной ручки заставил его обернуться, и одно только мрачное выражение не предвещало ничего хорошего.

— Присаживайтесь, — коротко бросил он, даже не стараясь сгладить тон. — Я только что вернулся из Оканогана, встречался с окружным прокурором.

— И что? — осторожно спросил Джеймс, напрягшись от этой новости. Раз округ решил вмешаться, значит, по их мнению, местные силы не в состоянии справиться с ситуацией.

— Все паршиво, — Чарли скривился так, словно залпом опустошил стакан не самого качественного пойла. — Прокуратура и администрация хотят результатов как можно скорее, пока новости не распространились по всему штату.

— Как будто мы сидим сложа руки... — буркнул Митчелл.

— Ну, видимо, именно так они и считают, — чуть ли не прорычал Чарли, а затем сделал глубокий вдох, чтобы взять себя в руки. — Мне намекнули, что два ложных ареста за два месяца расследования достаточно говорит о халатности нашего департамента. Если так продолжится... полетят головы. Чисто чтобы умаслить публику.

Сэвиджа хоть и потрясли эти слова, однако он уже был готов к подобному исходу.

— Ну, в таком случае, мы надеемся на их помощь. Нам не хватает людей и специалистов, чтобы вести это дело...

— Да, Сэвидж, не беспокойся, они об этом позаботились... — темные глаза впились прямо в детектива, словно желая испепелить его прямо тут. — К этому делу подключили ФБР.

«Вчера я посетил сеанс гипноза у миссис Тейлор. Ожидал получить ответы, но вместо этого появилось еще больше вопросов.

Все началось с того, что я рассказал ей о своих снах. Я постарался описать их максимально детально: женское лицо, лес, ощущение дежавю. Также упомянул фотографию из газеты, которая напомнила мне образы из сновидений. Доктор объяснила все особенностями работы мозга, сказав, что это всего лишь случайность и игра воображения. По ее словам, человеческий ум склонен видеть связи там, где их нет.

Хотелось верить ей, но ее объяснения показались мне чересчур упрощенными. Казалось, что она заранее подготовилась к ним.

Гипнотический сеанс начался довольно обыденно. Доктор Тейлор попросила меня расслабиться, сконцентрироваться на дыхании и дать возможность воспоминаниям всплыть. Сначала ничего не происходило, кроме ощущения тяжести в груди. Затем перед глазами возник лес: запах сырой земли, хруст ветвей под ногами, прохладный воздух. Я вновь увидел ее лицо, но на сей раз оно выглядело расплывчатым, словно я наблюдал его сквозь водную гладь.

После сеанса я надеялся обсудить увиденное, услышать какие-либо выводы. Однако Ребекка заметно изменилась. Ее обычное спокойное выражение лица на мгновение сменилось серьезной тревогой. Вскоре она вернулась к своей привычной улыбке, однако я уловил перемену в ее тоне.

Когда я напрямую спросил ее о том, что она заметила во время сеанса, она ответила уклончиво, даже несколько резко. Она заявила, что все это связано с особенностями моего подсознания, что со мной все в порядке. Но я почувствовал, что она лжет. Каждое ее движение, каждое слово говорили о том, что она что-то скрывает.

Эта мысль прочно засела у меня в голове. Возможно, со мной действительно что-то серьезно не так? Не исключено, что это шизофрения? Ведь симптомы схожи: галлюцинации, странные сны, вспышки гнева, шепот в голове... Но если дело обстоит именно так, почему она не сказала мне правду? Зачем притворяется, что все нормально?