— Зачем? — Зашипела Ксения, выйдя на улицу.

— Нас будут серьёзно проверять, — принялся объяснять ей Андрей, — поэтому придётся делать фотографии на регистрации. А за платье не волнуйся, я его взял на прокат.

Дальше по заранее расписанному сценарию: в ЗАГСе заявление оформили задним числом, а вот торжественная часть прошла как положено под марш Мендельсона, со штатным фотографом, только обмена кольцами не было, и поцелуев тоже, объяснили это тем, что всё это будет потом, на свадьбе. В качестве второго свидетеля пригодился местный бухарик. Одет он был прилично, оно и понятно, одежда это его реквизит, иначе не нальют. Андрей ему тоже не наливал, а расплатился с ним стеклянной валютой, которую заранее приобрел в магазине напротив.

— Так, — подвёл итог похода Андрей, когда они сдали свою прокатную одежду, — это твой паспорт, — протянул он Ксении красную книжечку, — это мой, — он сунул в карман свой документ, — это свидетельство о браке. — Снова он передал документ девушке. — Смотри не потеряй, а то восстанавливать долго, а это копия мне, на всякий случай.

Шопинг был благополучно забыт, впечатлений от «бракосочетания» и так было выше крыши, отдохнув молодые люди отправились на вокзал, где Ксения села в электричку, а после того как она тронулась, достала Свидетельство о браке и долго изучала его, понимая, что оно не настоящее.

— Ничего, — думала она, — у меня ещё всё впереди, будет и настоящее свидетельство.

И тут её сердце как-то непонятно ворохнулось, она вдруг почувствовала, что ей нравится именно этот документ, и расставаться с ним ей не хочется. И Андрей ей понравился, ответственный и надёжный парень, вон как Ленку отшил, на предмет употребления спиртного, да и вообще…

Глава 14

Даже чаю не попьешь?

— Климов, к проректору по научной работе, срочно! — Это опять наша староста.

Да чтоб вас всех пять раз через коромысло, что опять надо? То ректор воду мутил, теперь замам что ли эстафету передал.

В кабинете у Сычёва застал Троцкого, вроде бы разговаривали спокойно, друг на дружку не наезжали, а я ведь слышал, что они не очень-то ладят.

— Адрей, проходи садись, — пригласил меня проректор, когда я сунул нос в его кабинет, — как у тебя с учёбой, есть трудности?

— Пока, слава Богу, нет. — Отвечаю я и тут же в голову пришла идея нажаловаться на нашего подполковника, руководителя военной кафедры, а то что-то совсем с катушек съехал, пытается устроить мне отдельную программу подготовки, даже Троцкий был вынужден один раз вмешаться, когда ему вдруг захотелось провести какие-то дополнительные занятия. Вот только толку от этого было мало.

— Что это ты вдруг Бога поминаешь? — Насторожился Зам по науке.

— Да так, к слову пришлось, — ничуть не стушевался я.

— Тут слух прошёл, что ты новым шестнадцати разрядным процессором занимаешься. Это правда?

— Правда, но не вся, — отвечаю я и быстренько пробегаюсь взглядом по лицу Валерия Ефимовича, что бы хотя бы немного сориентироваться, но его лицо ничего не выражает, это значит, что сам он не при делах, поэтому продолжаю в том же духе, — это не работа, а так, занятие для души.

— Ага, — тут же задумывается он, — а что нужно для того, чтобы это стало не только занятием для души, но и работой?

— То же что и всегда, — пожимаю плечами, — время нужно и много, много помощи, со стороны старших товарищей.

— Хм, понятно, — тянет он и смотрит на Троцкого.

— На меня не смотрите Павел Ильич, — просыпается мой руководитель, — лаборатория на хоз. работы села, в частности на заказе ЖД, это не бюджет, тут схалтурить не получится, чуть что не так, и разденут.

— Да с железной дорогой действительно сложно, — покивал Сычёв, — у них своя наука имеется, поэтому к сторонним работам там несколько предвзятое отношение.

— Честно сказать предвзятого отношения не заметил, — пробурчал Троцкий, — но это не значит, что они нам могут срыв сроков простить.

Эх, темнит что-то Валерий Ефимович, какие нафиг работы, когда мы уже все свои обязательства выполнили, это уже игры пошли, жалуйся на непреодолимые трудности, получишь дополнительные ресурсы и послабления.

— И зачем вы с ними договор подписали? — В сердцах махнул рукой Павел Ильич. — Могли бы и бюджетом обойтись.

— Не могли, — возразил Троцкий, — сами же знаете, какие требования из министерства пришли, только неделю назад наш план работ утвердили, и то с оговорками.

— Извините, — встрял я в их спор, так как надоело выслушивать стенания с обеих сторон, — а можно узнать, зачем вам срочно понадобился шестнадцати разрядный процессор?

— Приоритет, — бухнул Сычёв.

— То есть, — озадачился я, — а разве восьмиразрядный процессор, который запущен в серию, уже не является приоритетом?