Шрифт:
— Дашка, — парень опускает мои руки и берет мое лицо в свои большие ладони. — Можно я тебя поцелую?
— Конечно, можно! — мы улыбаемся друг другу, а после Марк нежно, аккуратно, не торопясь, соединяет наши губы.
На фоне слышны счастливые возгласы товарищей по команде, а сердце вот-вот готовится вылететь наружу. В голове спокойствие и вера в то, что у нас обязательно все получится.
Эпилог
Марк
Весенний ветер пробирается через приоткрытое окно комнаты. Зима во всю уступает место теплой погоде, забирая с собой последние следы снега.
Поймав себя на ощущении, что кто-то наблюдает за мной, открываю глаза и натыкаюсь на блестящие темно-карие глаза.
— Привет, — улыбаюсь я их обладательнице.
— Привет, — Дашка улыбается в ответ, чуть прижимаясь ко мне. — Как спалось?
— Ты же знаешь, рядом с тобой, я всегда сплю хорошо, — нежно провожу кончиками пальцев по ее лицу, откидываю ее волос назад.
Я до сих пор счастлив и не знаю, кого благодарить за то, что это хрупкая девушка лежит в моей постели и смотрит на меня такими глазами, ради которых я готов покорить весь мир. Мне просто посчастливилось в своей жизни встретить Дашу. Теперь я уверен, чтобы я не делал, куда бы не шел, все дороги все равно вели меня к ней. Она мое счастье, которое я хочу оберегать и сохранять.
Официально мы вместе всего пару месяцев, но это самые счастливые месяцы в моей жизни. Я уверен, что буду с этой девушкой до конца. Не хочу никого другого. Хочу видеть каждое утро ее темно-карие глаза, добрую улыбку, милое личико, когда она злится или когда чем-то недовольна.
У нас бывают недопонимания, но мы проговариваем и решаем их. Она видит и чувствует, что я стараюсь проводить с ней все свое свободное время, и сама тянется ко мне.
Я с удовольствием видел бы ее в свой одежде в своей квартире, ванной и в спальне каждый день, но Дашка не хочет спешить и мне остается только согласиться с ней. Но это не значит, что я не теряю попыток и при каждом удобном случае предлагаю съехаться. Пускай, прошло мало времени, но я считаю, если твое, нужно забирать сразу и не отпускать.
— Даш, — я смотрю на полузакрытые глаза девушки, приподнявшись на локти. — Давай жить вместе?
— Марк, — стонет она, пряча лицо в подушку.
— Что? Ты не хочешь?
— Хочу, — она находит мой взгляд. — Но столько вопросов…
— Каких вопросов? — слегка наклоняю голову на бок.
— Хотя бы первый, — выдавливает она, ложась солдатиком, вызывая у меня улыбку. — Где мы будем жить?
— У меня.
— Но я хочу у себя, — тихо произносит она. — Мой папа обеспечил меня квартирой, сэкономив мне несколько десятков лет жизни на работе, я не хочу от этого отказываться.
— Хороший отец у тебя, — смеюсь я от ее слов.
— Знаю, — Даша вздыхает. — Что будем делать?
— А может попробуем найти новую? — озвучиваю я долгожданный для меня вопрос. Он несколько недель уже крутится у меня в голове.
— Новую? — спрашивает она, повернув голову на меня.
— Я же эту снимаю, — быстро окидываю рукой пространство. — Я вот подумываю, пора уже что-то и прикупить. На будущее, так сказать. Что-то побольше, попросторнее и поближе.
Ее губы расплываются в улыбке.
— Мы можем выбрать вместе? Вместе придумать дизайн, — я не спеша начинаю гладить ее руку, проводя линии от кончиков пальцев до ключицы. — И вместе там жить.
От удовольствия Даша закрывает глаза, и я принимаю это, как призыв к действию. Провожу пальцами по шее и ключице, веду линию вдоль тела, через футболку, до тех пор, пока не дохожу до бедер.
— А как же моя квартира? — шепчет она, закусывая нижнюю губу.
— А что с ней не так? Она твоя. Ты сможешь приходить туда, когда захочешь. — я глажу бархатистую кожу бедер. — Я просто хочу, чтобы у нас было больше места, и мы смогли жить там, где нам обоим будет комфортно.
Ее тело покрывается миллионами мурашек, и она начинает слегка ерзать на кровати.
— Дашуля, — ласково зову ее я.
— М-м-м, — откликается она.
— Что ты скажешь?
— Я скажу… — я задираю футболку, оголяя ее плоский живот, оставляя на нем легкий поцелуй. — Звучит очень хорошо.
— Значит ты не против жить вместе? — тянусь к ее ямочке за ухом, нежно целуя и заставляя ее хихикать.
— Вот как тебе отказать? — Даша открывает глаза и смотрит мне прямо в душу, оголяя все нутро. Я молча отдаю ей все, что могу только дать, и она принимает это, не отталкивая ничего.