– Ты собираешься жениться на моей кузине, – напомнила она. – Так что следи за языком.

Арис выпил еще один бокал шампанского, и если бы Блайт спросили, она бы сказала, что это далеко не вторая порция.

– Вы меня не интересуете, мисс Хоторн, хотя в том, чтобы вывести вас из себя, есть своя прелесть. Видела бы ты сейчас лицо моего брата.

Блайт фыркнула и поправила платье, разглаживая складки. И только убедившись, что снова не покраснеет, повернулась к собеседнику, готовая ответить. Но внезапно Арис снова стал принцем, державшимся с такой уверенностью и гордостью, что казался самым величественным мужчиной в комнате. Блайт поняла причину, когда увидела, как Уэйкфилды входят в парадные двери. Ей потребовалось некоторое время, чтобы заметить Шарлотту, которая шла под руку с Эвереттом. На пальце левой руки сверкало кольцо с сапфиром, при виде которого у Блайт потемнело в глазах.

Значит, все официально. Они были помолвлены.

Улыбка Шарлотты была лучезарной. Эверетт сиял ничуть не меньше, когда наклонился, чтобы прошептать что-то, от чего она захихикала. Он казался самым счастливым человеком на свете, и хотя Блайт хотелось искренне порадоваться и поздравить подругу, она задавалась вопросом, досталось ли ей это кольцо ценой жизни герцога и будет ли ее отец тем, кто тоже за него заплатит.

В отличие от них двоих, Элиза выглядела так, словно ее застали врасплох в море во время шторма. Она была изможденной и усталой и, даже одетая в приятное голубое платье, казалась слишком больной, чтобы находиться здесь. Ее волосы были слишком длинными, тщательно заколотыми на затылке, но такими же липкими, как водоросли, которые Блайт видела у подножия опасной скалы рядом с поместьем. Головные боли не могли быть такими сильными и долгими; с девушкой явно было что-то не так.

Только тогда Блайт заметила своего дядю, стоявшего за Уэйкфилдами. Он так помрачнел, что беспокойство Блайт усилилось, когда она вспомнила об оставленной Сигной записке. Когда Байрон направился прямиком к Элизе, она сделала то же самое. Он замер, когда заметил племянницу, затем резко развернулся. Что бы он ни собирался сказать Элизе, похоже, не хотел этого делать в ее присутствии.

Элиза, казалось, не заметила Байрона. Она была слишком сосредоточена на близости Блайт и Ариса.

– Вы приехали вместе? – спросила Элиза, даже не поздоровавшись. Какой бы девушка ни была нездоровой на вид, было приятно обнаружить, что она вела себя как обычно. Она попыталась сделать неуверенный реверанс перед принцем, и Блайт поняла, что не одинока в своем беспокойстве, когда Арис взял Элизу за руку и помог ей выпрямиться.

– Ты неважно выглядишь. – Блайт не стала выбирать выражения, потому что девушка выглядела так, словно ей было лучше остаться одной. – Нужно найти комнату, где ты бы могла отдохнуть.

Элиза выпрямилась во весь рост.

– Уверяю вас, со мной все в порядке, мисс Хоторн. Не смейте лишать меня этой возможности, сезон подходит к концу.

Блайт не ожидала такой грубости и уже собиралась отчитать Элизу за глупость, когда тень, шедшая за ними, дернулась в сторону. Блайт обернулась. Тень заскользила по лестнице вверх как раз в тот момент, когда Сигна появилась в пролете и начала спускаться.

Колени Блайт подогнулись, как будто кто-то выбил почву у нее из-под ног. Она уже подумывала о том, чтобы спрятаться за Арисом и затеряться в толпе, но, учитывая, что Сигна оступилась и была вынуждена ухватиться за перила, когда их взгляды встретились, Блайт поняла, что упустила возможность остаться незамеченной.

Поскольку Байрон вел себя подозрительно, а Элиза в любой момент готова была упасть в обморок, Блайт поняла, что у нее нет другого выбора, кроме как предстать перед Сигной. Сейчас как никогда ей нужна была помощь. Ради своего отца она склонила голову, и этого было достаточно, чтобы Сигна вздохнула с видимым облегчением, когда поспешила вниз по оставшимся ступенькам.

– Блайт. – Голос Сигны звучал прерывисто, и она бросила быстрый взгляд за спины друзей, украдкой взглянув на тень – на Смерть. Блайт постаралась не вздрогнуть при виде рассеянности кузины. – Не ожидала увидеть тебя здесь.

– Я не собиралась приходить. Но, учитывая положение отца, у меня не было другого выбора, кроме как узнать, чего ты хочешь.

Сигна судорожно сглотнула, когда подошла ближе и растянула губы в фальшивой улыбке, приветствуя толпу вокруг.

– Я понимаю твое недоверие, но все равно рада, что ты пришла. Не сомневайся, сегодня вечером мы спасем Элайджу.

По крайней мере, в этом она была уверена. Но когда Блайт смотрела, как кузина приветствует Эверетта и Элизу, а тень следует за ней по пятам, она понадеялась, что Элайджа будет не единственной душой, которую Блайт спасет сегодня.

Сигна поблагодарила присутствующих, что они проделали весь этот путь, ни на секунду не сводя глаз с Элизы, пока Блайт осталась стоять в оцепенении. Гобелен согревал кожу, и Блайт рассеянно прижала к нему руку, когда встретилась взглядом с Арисом. Он наблюдал за Сигной с хищным блеском в глазах, оценивая каждое ее движение, словно решая, когда нанести удар. Тень в углу стояла напротив него. Блайт старалась не смотреть на Смерть так откровенно, хотя и начинала различать его лицо среди теней.

– Почему бы нам не подняться в бальный зал? – Блайт заставила себя отвлечься от них обоих. – Сигна, ты не могла бы показать нам дорогу?

Улыбка Сигны померкла, и она взяла Элизу под руку.

Блайт отбросила тревогу по этому поводу. Старалась не пялиться на кузину и сказала себе, что Сигна не хотела таким образом показать, словно уже нашла ей замену, и все дело в том, что Элиза была на грани обморока. И все же Блайт скучала по тем дням, когда они с Сигной обсуждали последнюю прочитанную книгу.