можно было считать приглашением. Юэн хотел, чтобы оно воспринималось так, хотя безусловно мог бы и сказать прямым текстом, но так было неинтересно.

Бернард сообразил сразу, потому что — Юэн знал — его мысли тоже отвлеклись

от фотосессии.

Берн коротко опустил взгляд на фотоаппарат и через секунду-две отложил его на

ночной столик. Неторопливо сел на кровать и с тёплой заинтересованностью

посмотрел на Юэна.

— Снимки получились восхитительные, — практически прошептал он. Уголки

его выразительных губ были чуть приподняты. Юэн облизнул собственные губы, осознавая, как велико в нём желание приподняться и поцеловать Берна.

Однако Бернард оказался быстрее. Он опустил руку Юэну на грудь и мягко

надавил кончиками пальцев. Кожа вспыхнула от его прикосновения. В солнечном

сплетении защекотало. Низ живота отозвался тянущими нотками томления. Они, конечно, оба испытали массу незабываемых эмоций, пока проводили особенную

фотосессию, но тактильный контакт сейчас был до дрожи желанным. И

чувствительным.

И пока Юэн смаковал это лёгкое прикосновение, Бернард склонился и прижался

губами к его соску, провёл по нему языком и наградил Юэна пристальным

взглядом, будто спрашивая: «Как ощущения?»

«Замечательно», — ответил Юэн мысленно, тоже посылая сигналы через глаза, и, интуитивно приоткрыв рот, подался вверх, однако Бернард его остановил, мягко надавив ладонью на грудь.

— Нет, — сказал он, наклоняясь и целуя Юэна в шею. И снова мурашки

пробежались по всему телу, аккумулируясь преимущественно ниже живота.

— Ты не хочешь, чтобы я тебе отвечал? — вязким шёпотом спросил Юэн, запрокидывая голову и тем самым сильнее открывая шею для поцелуев.

— Очень хочу, — не услышал, а больше ощутил он эти слова тёплым дыханием

на своей коже. — Но не могу перестать наблюдать за тобой.

Берн сместил вес на одну руку и взяв Юэна за запястье прислонил его пальцы к

губам.

— Твоя реакция, твои движения, — он улыбнулся. — Твои нескромные стоны.

Прикрыв веки, Берн с довольством облизнул его пальцы. У Юэна сбилось

дыхание.

— Кажется, я наблюдаю самое пышное цветение твоего кинка на наблюдение…

Бернард улыбнулся одними краешками губ.

— Пусть так, это же между нами. А мы можем делать что угодно и ничто не

будет казаться чем-то плохим или зазорным, — сказал он и, запустив пальцы

Юэну в волосы, бережно их пригладил, уводя ото лба. — Но сейчас я хотел бы

тебя отблагодарить за смелость перед этой фотосессией. За артистичность и

за… да к чёрту, просто так.

Юэн улыбнулся, стараясь поймать его ладонь и потереться об неё щекой.

— Но ты ведь дашь мне потом отыграться? — сверкнул глазами он.

— Как пожелаешь, — склонившись близко-близко к его лицу, произнёс Бернард.

Юэна затопило его запахом и жаром обнажённого тела. Всё-таки как удачно он

подстрекнул Бернарда раздеться. — Закрой глаза, Ю, и сконцентрируйся на

своих ощущениях. Но если тебе некомфортно…

— С тобой мне комфортно и с закрытыми глазами и даже в полной темноте

замкнутого пространства, — перебив его, отчеканил Юэн.

Берн бережно относился к его фобиям. Очень бережно. Поначалу, когда они

только-только начинали вставать на путь доверия, это его скорее бесило. Сейчас

их отношения переросли на другой этап, и Юэн сам изменился и осознал, что

Бернард просто проявлял заботу. Юэн это просто принимал. И уважал.

— Приятно такое слышать, — прошептал Бернард. — Закроешь глаза?

Ненадолго.

Прикусив губу, Юэн послушно прикрыл веки и расслабленно откинулся на

кровать. Томительное предвкушение пульсировало в подушечках пальцев и

веной на шее. Он неосознанно задышал тяжелее. Внизу живота не ослабевало

ощущение огромного раскалившегося шара. Даже ноги немного сводило.

Мягкие пальцы поглаживали его грудь и плечи, опускались к животу, обводили

мышцы пресса с особой аккуратностью и нежностью. Юэн до сих пор не мог

понять этой странной магии — Берн умел касаться так, что дух захватывало и

внутри всё буквально переворачивалось. Или Юэн просто реагировал таким