Сбоку, закутанная в одеяло от когдатошнего шатра, уютно дремлет Дженни.

Ее рук дело. Айли фыркнула, вспоминая слова Кука «никому не отвертеться от укола». Она что же, и в отпуск шприцы взяла?..

Чуть поодаль — Том Бэнкс. С его лица бинты исчезли: выглядит оно далеко от конкурса «Мистер какой-нибудь Икс», но явно жить будет. Даниэлла прикорнула на пригорке, в стороне от всех.

«Фирменный удар Даниэллы». Ха. Кажется, она вчера рисовала и кормила раненых на пару с Джейн.

Айли, держась рукой за спину, села. С трудом. Словно она заржавела, давно и надолго. И каждое движение — больно. Но такой момент... Когда время остановилось, когда ничего не играет роли, когда мир спит... Просто противозаконно упустить!

Встать на ноги оказалось тем еще испытанием. Одним боком — стреляет в пояснице, другим — в ноге. Перевернуться — отдает в затылок.

— Что ж такое то, — сердито вышептала Айли.

И снова упала, на сей раз на раненую руку. Застонала от бессилия. А рассвет розовел в пенном прибое.

Айли стиснула зубы, перекатилась на живот, встала на одно колено, второе, перенесла вес на здоровую руку и — поскуливая, оказалась на ногах. Да!

— Ну, наконец... — пробормотала она и провалилась в боль на первом же шаге.

Едва не заплакала. Но, закусив губу, двинулась к линии мокрого песка, встречать рассвет.

Это пройдет. Должно пройти ведь, правда?..

Вспомнился еще один обрывок из вчерашней пятницы — Джейн что-то говорила про нервное напряжение и непонятный гипертонус мышц, что-то и вправду ей вколола, пожурила за «злоупотребление алкоголем», которое вообще непонятно откуда ей пришила, ведь она не пила?

Ах нет, они распивали жидкий асфальт по дороге через лес.

Айли снова хмыкнула. И, наконец доковыляв до первой волны, с наслаждением зажмурилась — все же, какие бы ни были трагедии, езжайте на море. В эти минуты все исчезает. Остаетесь только вы и вечность.

И понимаешь, какой кучей ерунды мы морочим себе голову в жизни, в которой нет рассвета, моря и тишины.

— Айли, — скорее почувствовала, чем услышала — так тихо.

И она оказалась осторожно притянута к хорошо знакомой груди.

— Тс-с... не спугни ее, — прошептала девушка мечтательно, вглядываясь в одно ей известное пространство.

Тепло и уютно.

— Кого? — с готовностью проследил Кук за ее взором.

— Вечность, — счастливо улыбнулась девушка.

И даже спина почти не болит совсем.

— Вечность? — повторил Джерри. — А сударыня, оказывается, мечтатель!

И рассмеялся тихо над ухом.

— Просто, — смутилась Айли и удобнее облокотилась о него, дернувшись от нового прострела, — вот-вот придется думать о серьезных вещах... О гангстерах, о ранах, о том, как дожить... А в вечности все безмятежно и по-настоящему, понимаешь? Тс-с... ты чувствуешь?..

Вышептывала, как самый большой секрет жизни.

Он молча поцеловал ее в висок и оба продолжили смотреть, как над островной субботой встает солнце.

— " -

Вообще-то, Кук не любовался рассветом. Впрочем, любовался, как же иначе: здесь была Айли — кто бы подумал неделю назад, что рыжая хитрая лиса такого вот рода станет для него сильнее даже встающего солнца и в разы значимее предприятия «Томас, Блейк и Кук найдут вам и север, и юг».

Таков был первоначальный вариант слогана. Еще с Блейком. Который, вероятно, уже отсуживает себе всю корпорацию, чтобы передать Фрику.

Но вот просто она здесь, она счастлива — и ничего больше не надо. Бывает же так. И бывает же так с ним.

Но в целом — как всякий уважающий себя представитель сильного пола, Джерри Кук придумывал план. Он не мог ничего не пытаться придумать в такой ситуации, хотя, признаться, придумывалось с трудом. Ну, что тут придумаешь?..

Да, он допросил с пристрастием Джуда с утра — пригрозил вылить остатки скотча в песок — не факт, что босс их преступной шайки прилетит сегодня. Приказал проверить дело, затаиться и ждать, устроить себе каникулы, если угодно, пока он не получит новых указаний от Фрика, а какие указания, когда, от чего зависят... Никто из местных товарищей не знал.

Может, до «Лигурии». А, может, после. Когда они вернутся на материк.

Так что все в руках провидения. И бизнес, и отпуск, и жизнь. Кроме любви, разумеется. За любовь сражаемся мы самостоятельно. И, если не сражаемся, не получаем ничего.

— Ты знаешь, а я ведь подумал уже о серьезных вещах, — сообщил он Алисе. — Так что тебе не нужно. Можешь смотреть рассвет и не спугивать вечность.

— Как это? — удивилась Айли и даже обернулась.

Кук пожал плечами, продолжая любоваться четкой линией оранжевого горизонта.