И не расскажешь словами, какая жестокая мука,

Словно бы где-то внутри разрастается холодом лёд:

В сердце, на донышке, вот уже сердце – кристалл,

Вот уж в сосудах не ток – хрупкие веточки льда …

И ничего не спросил. И ничего не сказал.

Пульс ледяным молоточком стучит: “…никогда … никогда”

Холодно. Веришь? Люблю. Просто выхода нет.

Холодно. Хочется снова и снова писать о любви.

Хочется кинуть тебе свою боль и окликнуть: “Лови!”.

Что это даст? – Лёд ведь прозрачен на свет.

И день, и ночь, и утро – всё с дождём,

Сырая, злая мглистость неуюта…

И, в этой мгле, всего одна минута

Твоей улыбки, озарившей дом.

И ты ушёл. Ещё дрожит тепло.

Смеётся запотевшее стекло.

Мне страшно быть одной.

Ещё страшней с чужим.

Страшнее не любить

Мне, чем не быть любимой.

Ищу в Душе огонь.

А нахожу лишь дым.

Тку слов фальшивых нить

Из тающего дыма.

Что клятвы верности? У них на обороте

Потери страх желанья леденит…

Стрела звучит, пока она в полёте.

Струна, пока натянута, звенит.

Ты бросил камень в чашу сердца.

И сердце поглотило камень,

И только кровь пошла кругами,

И ничего не изменилось…

Ты бросил камень в чашу сердца.

И камень стукнулся о камень,

Но только кровь пошла кругами,

И ничего не изменилось…

Ты бросил камень в чашу сердца.

И сердце перестало биться,

Камнями полное до края

Оно само окаменело…

И что тебе ещё сказать? Я право же не знаю.

Листает осень за окном страницы мокрых дней…

Ветра, гуляя широко, сбивают тучи в стаю…

И бродит мысль среди листвы, отождествляясь с ней.

А у тебя? Что за окном, в Душе, как там погода?

Какие там идут дожди? Какие там снега?

А может у тебя в Душе другое время года

Бегут ручьи, цветут цветы и буйствует тайга?

Мы столько зим и столько лет,

Пытаемся найти ответ,

Но взмах ресниц и блеск зрачков

И понимаем всё, без слов.

Нетерпеливы капли. Сыпет снег.

Нетерпеливость царствует в природе.

Живут событья миллионы лет

И суетой в единый час исходят.

Нетерпелива желтая листва.

Река взрывает лед нетерпеливо.

Нетерпеливо жду. Твои слова…

Такая в них нетерпеливость стыла.

Я так боюсь её разохладить.

Покоя нет. Есть – разложенье смерти.

И наших жизней тоненькая нить

Нетерпеливо схлёстывает петли.

Я в тебя, как в обитель,

От тоски и обид,

Ты мой ангел-хранитель,

Покаянный мой скит,

Ты моё откровенье,

Слепая тоска,

Безысходность оленья,

В волчьей дрожи броска.

Любить ли? Не любить?

Источник вдохновенья.

Летящая стрела. Струящий тихо свет.

А что такое быть?

Всего одно мгновенье

Меж тем чего ещё и тем чего уж нет.

И в этот малый срок вместить сплетенья судеб,

И радость, и печаль, и скорбь, и доброту,

И то, чего уж нет, и то, чего не будет,

И всё, что выше нас и нашу маету.

Любить ли? Не любить? Кому какое дело,

Чем мучилась Душа. И чем жила она.

Запущена стрела. Запела. И отпела.

И после, как и до, глухая тишина.

Огонь и Пламя над Огнём -

– Вот так и мы с тобой живём.

Огню, на то, чтобы гореть,

Нужна горючей плоти твердь.

А Пламя рвётся на простор,

Его не радует костёр,

Оно с Воздушною Струёй

Летит Энергией Живой,

И улетает в Пустоту…

И умирает … на лету…

Как хорошо любить издалека,

Не частых встреч едва успев коснуться:

Плывут событья, словно облака,

Что пожелаешь, тем и обернуться.

На части сердце бедное не рвут,

А просто так плывут, плывут, плывут.

Эротические сны…

Эротические грёзы…

Вот опять пушатся лозы

В ожидании весны.

То, что создано любить

Невозможно ненавидеть…