Ужас обуял её. Мысли заметались из стороны в сторону как дикие кони, которых пытаются заарканить, загнав в загородку: «Проспала… Уже не уйти… Что…Что делать… Что же теперь делать? – И вдруг холодная решимость пронзила её тело новой дрожью – Я убью его! Я убью его прежде, чем мы войдём в эту проклятую комнату!». Она почувствовала, что холодеет.

– Я сейчас – Сказала она. Зайти на кухню и взять нож было делом одной минуты.

Она подошла к двери, когда он вставлял ключ в замочную скважину. Услышав её шаги, он обернулся. Это был всё тот же странный взгляд, взгляд, который так пугал её, взгляд в котором смешивались таинственность и предвкушение. – Сейчас, дорогая, ещё одна минута – Произнёс он, и голос его дрожал от возбуждения. Он опять повернулся к замку.

Ноги подгибались и почти не слушались её. Тело прошибал холодный пот. Била дрожь. – «Бежать… бежать… бросить всё… бежать. Но как? Поздно. Он уже не выпустит. Поздно. И если я не сделаю этого сейчас, потом и это будет поздно.… Нет… Выхода нет…». Нож вошёл в его спину вместе со щелчком открывающегося замка. Он повернулся, пытаясь что-то сказать. Его глаза были полны недоумения и боли. Горлом пошла кровь, и он упал на пороге распахнувшейся двери

Дохнуло свежим весенним ароматом, и она увидела внутренний дворик, освещённый первыми лучами апрельского солнца.

Под кружевным металлическим навесом со стеклянными вставками, играющими всеми цветами радуги, стояли легкие деревянные кресла и столик. Чуть поодаль – небольшой резной диванчик и чудесные, сверху донизу украшенные цветами, качели. Напротив входа, почти во всю длину двора, были высажены маргаритки и анютины глазки, складываясь в буквы и слова: «Дорогая, я так люблю тебя! Так безумно люблю!».

Она вновь и вновь перечитывала эту фразу, и дикий крик застревал в её горле, не в силах вырваться наружу. Ноги её подкосились и она опустилась на пол, даже не заметив, что села в лужу его крови.

Из скворечника, что висел среди прекрасных бело-розовых цветов распустившейся магнолии, выпорхнула птица и завела свою весеннюю песню. Солнце поднялось ещё выше. Его лучи коснулись какой-то неизвестной ей точки и, внезапно, посреди клумбы в центре дворика, забили весёлые искрящиеся фонтанчики.

Было уже темно, когда она заставила себя подняться. Она прошла в холл, набрала номер телефона полиции и сказала: «Я убила человека».

И это были последние слова в её жизни.

Ведущий: Ганс Христиан Андерсен «Белые лебеди». Далеко далеко, в той стране, куда улетают на зиму ласточки, жил король. У него было 11 сыновей и одна дочка – Элиза…

Разговор мальчиков: – Скажи, сегодня лучше я стрелял? (лук и стрелы)

– Конечно, 8 раз из 10 попал.

– А завтра может 10 попадешь.

– Коль снова по соседке не вздохнешь.

[Ребята смеются и тут видят печально сидящую сестру и примолкают]

– Элиза, милая, взгляни, что я принёс,

Какой букет нашёл я среди роз (подает розу)

– Сестрица, милая, что ты не весела?

– Ведь нынче праздник, свадьба в нашем доме…

Элиза [вскакивая и качая головой]:

– Ой, братики, ведь мачеха так зла…

Не спать бы нам сегодня на соломе.

[Дети собираются тесной кучкой и прижимаясь, обнимаются. Входит мачеха в наряде для верховой езды. У неё в руке кнут]

Мачеха– Ах вы бездельники. Ужо я справлюсь с вами.

Хлопочут свадьбой все, загружены делами.

А вы что ж, новой матери не рады?

[Хватает Элизу за руку и так толкает ее, что девочка почти падает]

– А ну-ка к девкам марш, готовить мне наряды.

[Оборачивается к мальчикам]

– А вы на кухню, по дрова, по воду…

[Хватает с резного инкрустированного столика книжку и швыряет ее в камин]

– Ишь завели, читать книжонки, моду.

Я скоро приспособлю вас к работе,

[Щелкает кнутом]- Вы живо у меня науки все пройдете.

[Выходит]

Элиза– Что я сказала?! Дети короля,

кнутом нас погоняют как коня.

Ой, братцы милые, что делать, как нам быть?