— Ну подожди! Подожди немножко. Куда спешить?

— А чего ждать? Домой надо. К дядьке. Понятно, да? Ты чудак, да?

Коридор был пуст. Куски мела валялись на полу у стенки. Мешка, в котором он лежал, не было.

До двери на улицу оставалось ещё две: в раздевалку и в комнату для мальчиков…

Вдруг погас свет. Сандро остановился. За его спиной скрипнула половица, раздался шепот. Сандро не успел повернуться, как сзади на него натянули мешок из-под мела. Чьи-то руки схватили его и втолкнули в комнату для мальчиков…

Вывернув пробки, Борька бросился в класс. К его удивлению, там не оказалось ни Петьки, ни Ромки. Ничего не понимая, Борька побежал в комнату для мальчиков. У дверей стоял Ромка.

— Иди, иди, все в порядке! — шепнул он Борьке. — Один затолкнул!

Борька вошел.

Со всех сторон на Сандро сыпались удары. Он задыхался в мешке. Били по груди, по спине, по всему телу. С шумом вылетели из мешка и разлетелись учебники и тетрадки. Сандро отбивался ногами.

Кто-то взвыл:

— Это нечестно ногами драться!

— А портфелями бить честно, да? А всем одного бить честно, да? — глухо крикнул из мешка Сандро.

Но до ребят доносилось только невнятное бормотание.

— Будешь знать, как фискалить, как подарочки преподносить! — измененным голосом крикнул Лешка Косилов.

«Какие подарки? О чем фискалить?» — словно сквозь туман подумал Сандро.

Кто-то поймал его за ногу. Сандро отлетел в угол, больно ударившись головой о кафель. Падая, он вывернулся из мешка.

Увидев вместо Петьки Бурлаченко Сандро, ребята обомлели. Вид мальчика был страшен. С волос сыпался мел, из угла рта по напудренному подбородку тонкой струйкой шла кровь. Над глазом вспух фиолетовый фонарь.

— Так ты не Петька… — в изумлении промолвил Влас, совершенно растерявшись. — Так ты не Петька… Как же это…

Но что такое? Влас вдруг резко вскрикнул от боли и повалился на спину. Падая, он процедил сквозь зубы:

— Ясно. Прием «курума-каеши»… Боковой гриф для дам…

— Смывайтесь! — приоткрыл дверь Ромка Смыку-нов. — Аркадий Викентьевич идет!

Ребят как ветром сдуло. Борька бросился поднимать Власа. Тот завопил не своим голосом:

— Не трогай! Больно! Борька отпрянул.

— Жалко, мало тебе больно! — сказал Сандро, поднимаясь с пола и тяжело дыша.

— В чем дело? — спросил учитель. — Что за драка? Они тебя били? — повернулся он к Сандро.

— Зачем они били? Я их бил. Борька и Влас переглянулись.

— Неправда. На тебя напали! «Темную» устроили. Ты говори, не бойся. Я их проучу как следует!

— Дай пройти! — И Сандро вышел из комнаты. Допрос Борьки и Власа ничего не дал. Как начали они: «Мы сами по себе, а он сам по себе!» — так и кончили.

— Я этого не оставлю! — пригрозил Аркадий Викентьевич.

Схватив мешок и встряхнув его так, что пыль стала столбом, он скрылся.

— К Коле Плодухину побежал! — сказал Влас.

— Фискалить! — согласился Борька.

— Книжки-то подбери! Отдать надо! Друзья вышли на улицу. Влас опирался на Борькино плечо, морщась при каждом шаге. Борьку и Власа облепили друзья.

— Ну, Ромка, ты за эту подлость ответишь! — зловеще глянул на него Влас.

Ромка состроил жалостливую физиономию:

— Вы что? С ума сошли? Я здесь ни при чем. Это Петька Бурлаченко! Он вместо себя подтолкнул новичка, а сам смылся. Я и не заметил подмены. Я, может, больше вас всех на Петьку зуб имею. У меня есть доказательство. Документ с подписью. — Ромка протянул Петькину расписку Власу. — Видишь, сколько времени мне Жиртрест штатив не отдает. Так вот, подумай сам, хотел я отомстить Петьке или нет. А в темноте и ты мог бы перепутать кого угодно. Борька-то не сразу свет выключил, как договорились, а задержался почему-то…

— Мне нянечка Ариша помешала, — оправдывался Борька. — Рядом крутилась…

— Вот видишь! Ему нянечка Ариша помешала, а я отвечай!

Окно пионерской комнаты приоткрылось. Показался Коля:

— Ребята! Зайдите на минутку.

— Ну, сейчас будет баня! — вздохнул Борька.

— А может, не пойдем? Скажем, что заняты? — предложил Ромка.

— А чего трусить-то? Что сегодня, что завтра! Сема бед — один ответ! — решил за всех Влас.

Вожатый сидел за столом и что-то писал:

— А, явились! Очень хорошо. Я сейчас. Только закона чу письмо.

— Не знает… — шепнул Власу Борька.

— Не-е-ет, знает…

— Вот, вот, ребята, вы поговорите, поговорите пока! — сказал Коля, оторвавшись от письма. — Я сейчас. А ты, Ваткин, слетай в библиотеку и на мое имя попроси однотомник Помяловского.

Борька стремглав убежал.

— Ну, все! — сказал Коля и обратился к Власу: — Слушай, Шкапа, ты что-то вроде хромаешь?

— Споткнулся! — помрачнел Влас.

— Ай-яй-яй! — ужаснулся Коля. — Что же ты такой невнимательный? Так ведь недолго и голову разбить.