Я обнимал свою жертву, стараясь прижать его к земле ногами, руками, зубами. Что в это время делали Василий и Монаков-Мерлин не знаю, я не отвлекался. Наша тактика оказалась эффективной, по крайне мере, мы продержались до подкрепления, которое появилось на месте секунд через сорок. Меня оторвали от этого типа, которого я успел закусать, правда, и он не остался в долгу. Затем его спеленали два дюжих мужика.

Я стоял, сплевывал и смотрел на чудеса перед моими глазами. Двое черных лежали на дороге, укутанные в нечто блестящее и искрящееся. Еще одного пеленали таким же образом. Мерлин скрючился и долго ругался. Василия не было в зоне видимости.

– Что это было?
– у меня хватило сил прохрипеть, потом я опять сплюнул.

Всем было не до меня. Эти двое, одного я знал, уже упаковали третьего черного. Мерлин кончил стонать и лишь кряхтел.

– Что это было?
– я еще раз повторил свой вопрос.
– А где Василий? Вроде же был?

– Пошел за ушедшими, - информировал меня спаситель-тамдировец. Мы сталкивались на лестнице нашего прекрасного здания. Его звали Евгений. Он был моим тезкой.
– Двое ушли.

– Кто это такие?
– я дозрел до более осмысленных вопросов.

– Черные, - флегматично отозвался второй незнакомый мне тамдировец.
– А вы ребята молодцы, так долго удерживать этих тварей.

На "тварей" среагировал один из спеленутых, он завозился в дорожной пыли, извиваясь, как угорь.

– Я и сам вижу, что не светлые, - я подумал, что это Толкиен или Лукьяненко.

– Светлых нет по природе. Есть только черные и остальные, - поправил меня Евгений.

– Не знал, исправлюсь, - я понял, что начал звереть.
– Вы за ними?

– Нет, - Евгений мотнул головой в сторону Мерлина, который лежал на дороге, бездумно разглядывая предрассветное небо.

– Вы должны поставить блокиратор?
– я спросил не ради себя, а ради Мерлина.

– Сейчас и поставим, - Евгений вынул из кармана нечто наподобие шприца. Он подошел к Мерлину, попросил его сесть, затем воткнул в плечо "шприц". Что-то щелкнуло, и Мерлин опять счастливо улыбнулся. Все вернулось на круги своя.

Пока я разглядывал операцию блокирования, появился Василий. Он вышел из кустов, в буквальном смысле еле волоча ноги.

– Поспишь с тобой, Жека, - почему-то Василий был недоволен мной.
– Ушли, - сказал он тамдировцам.

– Хорошо натренировали парня, - сделал ему комплимент Евгений.
– Хорошая реакция и зубы тоже, - добавил он.

– Уходим, - велел ему второй тамдировец.

Второй наклонился и подхватил двоих спеленутых, Евгений взял третьего. Они ничего не сделали, я смотрел очень внимательно, но пропали.

– Жека, дай ручки, - потребовал Василий.

Я протянул обе руки.

– Правую, - попросил шеф.

Василий постучал своим кольцом по моему и то чуть сверкнуло.

– Прощайтесь и по домам, - разрешил он.

Мерлин все также валялся на дороге. Я не знал, как надо прощаться.

– Счастливой тебе жизни, Мерлин, - я достал кошелек со всеми монетами (коих по сведениям бухгалтерии хватило бы на покупку дома в Коразоне).

Василий чуть выпятил челюсть, но говорить не стал.

– Это за обед, - я протянул кошелек.
– Больше у меня ничего нет.

Мерлин поднял руку и взял кошелек.

– Жене подарок куплю, - пообещал он.
– Заходи в гости, племянник.

Я неопределенно пожал плечами.

– Объяснения дома, - тихо сказал Василий.

Я покорно кивнул и стукнул кольцами.

Я снова стоял на пустыре в районе Лысых гор и был счастлив, что вернулся домой. С другой стороны, я знал, что снова пойду туда на Альфу и не только туда. Я ведь только открыл дверь и посмотрел. Я так и не узнал всего-всего. Сегодня я получил боевое крещение, и это вселило в меня уверенность, что я могу. Но вот, что именно могу, надо было еще выяснять.

Пока я придавался блаженным рассуждениям о себе в целом, и этом мире в частности, и еще куче других миров, то подъехала машина. Все тот же знакомый парень из "Тамдира". Я помнил, что его зовут Сергей.

– Поехали, пора в контору, - он открыл дверь машины.
– Хорошо справились, - похвалил он.

Действительно хорошо и действительно пора. Я знал, что завтра пойду к Алексу и потребую разъяснений по работе нашей конторы. Я был уверен, что он ответит. На какие-то ответы я уже имел право. Но вот в голову закрался один вопрос, который пока я не хотел задавать. "Зачем им я?".