– У тебя есть глаза, вот и смотри, - огрызнулся босс.

Они довезли меня до дома. Я уже взялся за ручку, собираясь открыть дверь, как меня осенило.

– За этими делами я и забыл. Кто же все-таки на меня налетел у бара?

Учитель меня похвалил.

Алекс с Петром рассмеялись. Алекс предложил все еще раз обсудить.

– А что мы там не могли поговорить?
– я был недоволен.

– Там ты забыл спросить, - Алекс справедливо указал на мой промах.

– Мы долго ждали, - поддержал его Петр.

В помнил как Петр тянул время, заваривая вторую чашку чая, и медленно ее смакуя.

– Так может сейчас поговорим?
– мне не хотелось домой, а вдруг там засада, такая же как и у машины.

– В бар, - решил Алекс. Мы поехали в бар. Алекс провел нас в "Лирейд" через черный ход. Серхио сидел за стойкой, а уже знакомая мне Ель наливала ему коньяк. Они мило проводили время.

Алекс попросил меня подождать, им надо что-то обсудить с Серхио. Мы с Ель возобновили знакомство.

– Все было неожиданно. Я же не специально. Когда я там очутился, я думал, что вы быстро прибудете. Но так и не дождался, - я вспоминал наши поиски по старому дому Монакова, ставшего Мерлином.

– Так Петр успел скрутить настройку, - Ель пояснила почему они не явились меня спасать.
– Он, конечно, психанул.

– Я никогда не видел его нервничающим, - я не мог представить этого человека в состоянии душевных волнений.

Ель пожала плечами и сделала глоток из своего бокала.

– Тебе повезло.

– А что было дальше?

– Так ты его не спросил?
– в свою очередь удивилась моя собеседница.

– Спросил, но он сказал, что каждый знает в меру своих способностей. Я решил, что способен спросить тебя об этом.

Ель рассмеялась, похоже, что я ее повеселил. Она поправила волосы, заколка периодически спадала и делала ее прическу, похожей на взъерошенную кошку.

– У Петра было четкое указание, что в случае непредвиденных событий звонить Алексу. Он счел, что твоя потеря явилась достаточно неожиданным обстоятельством, - призналась она.

– Вы позвонили Алексу, и он сказал, чтобы вы за мной не ходили? Не искали?
– я просчитал ситуацию. Тогда я смог проверить, что на Альфу Петр не перемещался.

– Да, - Ель кивнула и посчитала тему исчерпанной, но видя мое недовольство, все же осведомилась: - Ты огорчен?

– Нет, - я понял, что в сущности это был королевский подарок. Я пробыл сутки в новом мире. Какое-то время я был один. Это свобода.

– Значит, все было правильно, - сделала однозначный вывод Ель.

– А что ты делаешь здесь в качестве бармена?
– я закрыл страницу нашего прошлого знакомства и вник в обстоятельства новой встречи.

– А ты что?
– Ель в свою очередь задала мне вопрос.

– Я человек подневольный, - здесь я лукавил.
– Куда начальство, туда и я.

Ель кажется поняла, что я слегка переусердствовал. Я понял, что ей не понравился мой ответ.

– Жека, в нашем деле подневольных нет, - она потеряла всякий интерес к общению со мной.

– Прости, я не то хотел сказать, - мне стало жутко неудобно, будто я сделал ей гадость.
– Я хотел сказать, что и сам не уверен для чего здесь. Понимаешь, на меня напали какие-то люди. Петр и Алекс меня выручили, но мы пока не разобрались, кто это сделал.

– Понятно, - Ель надоело возиться с заколкой, она расколола волосы. Я сравнил бы ее волосы с коньяком: такой же цвет и насыщенность.

"Уймись, малыш!", - посоветовал мне учитель.
– "Она старше тебя. Для нее ты забавный ребенок, но не партнер".

Учитель был прав. Ель была бы идеальным вариантом, если бы мне нужна была мамочка. Я уже пробовал, не подходит. С глупышками тоже не складывается. Для постели неплохо, но без души. Это все для тела. Последнее время у меня возникли проблемы с женщинами. Привел я тут одну на днях домой. Ничего так, длинноногая, в голове две завитушки: о машинах и об инопланетянах. Все закончилось на прелюдии. Я все время чувствовал учителя у себя в душе. Он вроде ничего и не говорил, но не получается у меня затащить девушку в койку, если мы не одни. Вечер был скомкан.

"Учитель, хотелось бы понять, как теперь жить?", - это был самый насущный вопрос в тот день.

"Я тебе мешаю лишь, когда ты делаешь что-то без души", - он сказал это внутри меня с такой безмерной печалью, что я чуть не расплакался.

"Я так понимаю, что мне нужно влюбиться?", - я спрашивал, но уже знал ответ.

Ответный посыл чувств меня едва не сбил с ног. Я понял, что учитель страстно желает испытать такие сильные чувства, как любовь, надежда, радость, счастье.