— Кошки. Садись есть.

— А!..

Вот теперь я поняла, кого Элвин мне так напоминал! Ну конечно же! Спокойный, доброжелательный, мягкий и пушистый, он действительно был похож на флегматичного кота, мирно дремлющего у теплого камина! И потому рядом с ним и становилось так спокойно и уютно. Да, и вот почему я так легко нашла с ним общий язык — ведь, в конце концов, общаться с творениями природы мне всегда было несколько легче, чем с обычными людьми, не говоря уже о всяких магах.

— Так нечестно, — прожевав первую порцию еды, заявил он. — Ты обо мне теперь узнала многое, а я до сих пор о тебе почти ничего не знаю!

— А любопытство, между прочим, еще до добра не доводило никого… По себе знаю.

— Лекс, — мягко напомнил о своем интересе Элвин.

И я почему-то сразу же выболтала ему все, что не успела рассказать раньше. Ну, конечно, не все, зато самое главное. Услышав о проделках Вэла, он вдруг судорожно сжал вилку и сделал такое лицо, что мне невольно стало страшновато. Я даже сначала попятиться попыталась, но вовремя вспомнила о том, что бежать-то мне, собственно, и некуда.

— Лекс, если он еще раз хоть что-нибудь тебе сделает, я сверну ему шею, клянусь, — чрезвычайно спокойным голосом заметил мой собеседник, мирно жуя салат.

— Да ладно, — беззаботно отозвалась я.

— Нет, не ладно, — не унимался Элвин. — Пусть он мне только попадется, подлец бессердечный.

Я с удивлением взглянула на него.

— Ты что, серьезно…

— Серьезнее некуда, — подтвердил он. — По-моему, с ним с самим нужно проделать то, что он вытворял с тобой. Может, хоть это научит его уважать простых людей.

— И не вздумай, слышишь? — строго посмотрела на новоявленного защитника я. — Вэл — маг, причем, как слышала, один из сильнейших. Он тебя на кусочки разорвет и не поморщится!

— Вот еще, — ухмыльнулся Элвин. — Ты плохо знаешь мужчин. Будь они хоть трижды великими магами, все равно в первую очередь они — обычные люди. И разногласия предпочитают улаживать совсем по-человечески. Кулаками.

— Я те подерусь! — пригрозила я. — Не хватало еще, чтобы из-за меня тебе ребра пересчитывали!

— Лекс, — мягко улыбнулся он, — ты что, будешь за меня волноваться?

— А ты как думал!..

— Почему?

Черт бы побрал мой проклятый язык… Вечно я из-за него в разные неприятности вляпываюсь…

— Потому что, — буркнула я и сделала вид, что я — в тапке и больше меня ничего не касается…

— А за него?

— Что?! Да по мне — пусть из него хоть отбивную сделают! Я и пальцем не пошевельну!

— Вот именно так я и поступлю, — решил Элвин.

— Его еще найти надо…

Он флегматично пожал плечами:

— Мир тесен, все пути переплетены.

Я от досады даже выронила вилку:

— Пообещай, что ты этого не сделаешь!

— С какой стати?

— С такой! — мгновенно ощетинилась я. — Это мое дело, и я сама буду его улаживать!

— Ни в коем случае! Не зачем тебе драться самой, когда у тебя есть я.

Я как раз полезла за вилкой под стол, когда до меня дошел весь смысл его слов. Резко дернувшись, я ушибла голову, тихо выругалась и снова скатилась под стол.

— Лекс, — полез ко мне встревоженный Элвин. — Ты жива?

— Даже более чем, — сквозь зубы отрезала я, держась здоровой рукой за ушибленную голову.

— Где ударилась? Дай я посмотрю.

— Да ерунда все это, — попыталась я запротестовать.

— У тебя все ерунда. Не поверю, что тебе даже не больно.

— Больно, конечно, — смиренно призналась я.

— Вот видишь. А ты говоришь — ерунда.

Он подобрался ко мне и безошибочно нашел больное место:

— Здесь?

— Угу.

Все правильно. Кошки — они ведь чувствуют, где именно болит. И даже способны мелкую боль лечить. У меня самой котов сроду не было, но, по крайней мере, так я слышала.

Теплая ладонь Элвина мягко поглаживала мои волосы, и боль действительно отступала. Зато подступало другое — новое волнующее ощущение, от которого захотелось взобраться к нему на колени, сладко зажмуриться и тихо, с удовольствием мурлыкать…

Я подняла голову и, встретив его горящий взгляд, совершенно перестала бороться с собой. Меня просто тянуло к нему, как кошку к теплому камину. Тянуло давно, сильно, и больше я не хотела уже видеть те ранее выдуманные причины, по которым мне следовало бы от Элвина отказаться. Ведь, в конце концов, он — привлекателен, я — чертовски привлекательна, к чему нам время зря терять?..

И все-таки к чему-то — но было. Поскольку он вдруг осторожно попятился, вылез из-под стола и молча протянул мне руку, дабы помочь выбраться. Я же выползла на свет божий в полнейшей растерянности. Может, я что-то не так делаю?.. А предмет моих мечтаний меж тем подошел к окну, выглянул на улицу и повернулся ко мне: