— Я просто за тебя волнуюсь.

— Почему?

А, правда, почему?

Элвин отошел от меня, нервно взъерошивая темные волосы. Немного походил, а потом вдруг признался:

— Черт знает, что со мной такое творится. Но каждый раз, когда ты ушибаешься, у меня возникает такое чувство, как будто ударили заодно и меня. Что ты со мной делаешь, Лекс?

Риторический вопрос. Кто бы знал…

— А ведь я сразу поняла, что ты не простой дворцовый охранник, — заметила я. — Повадки, куча свободного времени, а потом внезапные и долгие исчезновения, боевой меч… Как долго ты надеялся скрывать от меня правду?

— Чем дольше, тем лучше.

— Почему?

Элвин снова немного помолчал.

— Я знаю, что одного из них тебе пришлось убить, чтобы защитить принцессу. Понятно, какого ты теперь о нас мнения. Лекс, я просто не хотел тебя терять.

— Ты меня еще и не получил, — тихо возразила я, гадая, слышит ли он мое истерически прыгающее от радости сердце или нет.

— Не всю, но какую-то часть, — уверенно возразил лард.

Ведь услышал все-таки… Ах ты самонадеянный индюк!.. И ведь прав же оказался, черт бы его побрал… Сухо поджав губы, я отвернулась, подошла к двери и взялась за ручку. Это подло — давить на мои чувства после того, как я пережила по его вине такую кошмарную ночь! И пусть подавится этой частью меня, потому что большего я пока отдавать ему ничего не намерена!

Куда там! Так он меня и отпустил!

— Лекс… — Я конвульсивно вцепилась в ручку, когда Элвин подкрался сзади и нежно меня обнял. — Не уходи…

— Убери руки! — зашипела я, борясь не столько с ним, сколько с самой собой. — Это нечестно!

Какой хитрый! Сам вчера ушел, а я теперь тут с ним сиди?.. Пусть тоже помучается, ему полезно!

— Пожалуйста… — Его губы мягко коснулись моих волос.

Несколько мгновений я еще мучительно боролась со своими чувствами, а потом махнула на все рукой.

— Сколько еще тайн у тебя осталось? — повернувшись в кольце его рук, внимательно взглянула на Элвина я.

— Ни одной опасной или страшной, клянусь, — не раздумывая ответил он.

И я осталась.

…Меня разбудило посреди ночи чье-то знакомое, многозначительное покашливание. Продрав глаза и прогнав остатки сна, я лениво приподняла голову с плеча Элвина и недоуменно огляделась по сторонам.

Ведь не послышалось же мне… Кто-то посторонний находился в комнате кроме нас двоих. Вот только кто?..

Я посмотрела на дверной проем и от радостного изумления выпучила глаза:

— Бабушка?!

Моя бабуля стояла у двери, окруженная нереальным, лунного цвета, свечением, и неодобрительно качала головой, хотя в ее глазах плясали озорные бесенята.

— Лекс, как тебе не стыдно! — В ее голосе послышался смех.

Я удивленно улыбнулась, но, переведя взгляд на спящего рядом со мной мужчину, чуть заметно нахмурилась:

— Что ты здесь делаешь?!

Элвин во сне пошевелился и крепко обнял меня одной рукой. Бабушка явно собиралась мне что-то сказать, но я на пальцах объяснила ей, что не хочу кое-кого будить. Тогда она также на пальцах показала мне на соседнюю комнату, велела выбираться из постели и идти за ней.

Кивнув, я постаралась осторожно выбраться из рук Элвина, чтобы его не разбудить, но добилась лишь того, что он приоткрыл один глаз и прижал меня к себе еще крепче.

— Ты куда?

— Мне… надо.

— Не задерживайся.

Лард ослабил хватку, и я поспешно выбралась из постели. Блин, бабуля!.. Не могла найти более подходящего времени? Я осмотрела комнату, но своей одежды не обнаружила. Наверно, вся внизу осталась… Я невольно улыбнулась. Но в таком виде я с бабушкой тоже разговаривать не могу, к тому же в доме прохладно. После минутных раздумий я утащила у Элвина простыню, обернула ее вокруг себя и тихонько прошла в ту комнату, где скрылась моя ночная гостья. А там я уже дала волю чувствам, кинувшись к бабушке на шею. Ведь, подумать страшно, мы не виделись долгих полтора цикла…

— Лекс, — она крепко меня обняла, — девочка моя. — И всплакнула.

— Бабушка, — тоже хлюпала носом на ее плече я.

— Как ты изменилась! — Она чуть отстранилась от меня, внимательно изучая.

Я же невольно покраснела. Тот, кого хоть раз любящие родственники застали в постели с таинственным незнакомцем, меня поймет.

— Не смущайся, дорогая, — с пониманием улыбнулась бабушка. — Скажи хоть — любишь его?

— Люблю, — искренне ответила я.

Она кивнула и, подведя меня к дивану, усадила рядом.

— Но я не об этом пришла поговорить.

— Предсказание? — сообразила я.

— Оно самое.

Я свернулась калачиком на диване, подобрав под себя ноги. Вот оно, начинается…

— Рассказывай.

Бабушка начала издалека:

— Лекс, я знаю, что Шайтан уже успел просветить тебя насчет наших Смутных времен, так? Теперь я расскажу тебе более подробно, потому что это напрямую связано с тобой. Итак. В незапамятные времена люди жили в гармонии с природой, понимали, как ты сейчас, ее язык и поклонялись Древним богам. Тогда в мире еще не было магии в прямом смысле этого слова, но наметились ее зачатки. Люди, разобравшись в целебных свойствах трав, научились употреблять их себе на пользу. Так зародилось знахарство. Увлекшись освоением нового искусства, люди отошли от веры в богов, и тем сие сильно не понравилось. Человек уже не приносил им жертвы, не испрашивал совета, не просил о помощи. И боги разделились на две группы — на тех, кого мы сейчас называем Святыми, — кто отнесся к «проблеме» философски и предоставил людям самим решать свои проблемы, и на Древних — недовольных тем, что их перестали почитать. И Древние посеяли в мире семена первого Смутного времени. И люди пошли у них на поводу. Мир начали разрывать на части болезни, голод, войны. И люди опять вспомнили о богах. Чтобы помочь людям, Святые спустились на землю и даровали избранным то, что мы сейчас называем магией. С помощью магии исцелялись болезни, возрождалась израненная природа, улаживались военные конфликты. И воцарился мир, а люди начали учиться жить бок о бок с магами. А Древние боги опять остались не у дел — люди, не говоря уже о магах, поклонялись теперь исключительно Святым. Последователей Древних было слишком мало. Тогда в наш мир спустились уже Древние боги. Находя людей, они проводили их через Внутренний мир и множили свою армию, чтобы истребить род человеческий.