Вот те раз! – едва удержался Светлан от возгласа. Опять знакомое имя. Или тезка?

– Миниатюрная – это сколько? – спросил он.

– Ну… вот так. – Луи показал себе по плечо.

Действительно, не каланча. Но та Лэлли была и вовсе крохотной: ниже двух локтей. Хотя за такой срок да в благоприятной среде вполне могла подрасти. Это люди большую часть жизни нисходят к могиле – у эльфов иначе.

– Наверное, она любила смеяться?

– Ее так и окрестили: Колокольчик, – подтвердил Луи. – Сколько б она ни прожила столетий, это совершенно не испортило ее характер.

– А портреты сохранились?

С сожалением король покачал головой:

– Когда на престол взошел мой отец, он приказал уничтожить все изображения Лэлли. А заодно и художников, посмевших ее запечатлеть.

– Чтоб не смогли нарисовать по памяти? – Светлан усмехнулся. – Надо ж, какая страсть!

– Думаю, отец впрямь вожделел фею. Ничего странного – к ней тянуло точно магнитом. Но он понимал, что это солнце не согреет его, а потому старался выкинуть Лэлли из памяти, запретил даже упоминать о ней… как и о несчастном своем брате, пораженном внезапной смертью.

– Скажи еще «неожиданной», – проворчал богатырь. – Хочешь назову симптомы?

Вряд ли Луи расслышал эти слова – слишком он увяз в воспоминаниях.

– Как раз тогда на здешней сцене появился колдун – могущественный, первородный. И, конечно, явился он не затем, чтобы жизнь в Нордии стала лучше. Извести фею не смог бы даже такой мастак, но во время одной из ее отлучек он сумел перекрыть Тропу, ведущую в ее мир. И пока колдун был жив, этот запрет длился… пожалуй, и после его смерти еще не один месяц.

– Ну еще бы, – кивнул Светлан. – Уж в Каналах Паук смыслил – можно сказать, его конек.

– Вскоре после этого тогдашний король умер, а сменил его, естественно, родной брат. Все как по заказу. Но вот проблема: у моего дяди осталась дочь – совсем крохотная, младенец. И что было делать с ней?

– Тоже мне сложность, – осклабился богатырь. – Твой отец решал такие дела запросто.

– Наверно, и с этим он управился бы в своем стиле, – кивнул Луи. – Однако колдун решил по-другому. Какие планы строил старик, теперь уже не узнать, но жизнь малышке он оставил. Даже убрал ее подальше от нового короля, дабы тот не пытался стереть и это напоминание о недостижимом. А знаешь, как звали девочку?

Глубоко вздохнув, Светлан ответил:

– Знаю, раз ты спросил об этом. Выбор-то – невелик.

Вернее, его вообще нет. Так и открываются давние секреты – когда ждешь меньше всего. А сколько догадок строилось!..

– Занятный поворот, – сказал он. – Выходит, Анджелла – дочь нордийского короля и вправе претендовать на здешний престол? Вот откуда твои страхи!

– Если бы у моего дяди родился сын, я и вовсе попал бы в узурпаторы, – сказал король. – Правда, в этом случае…

– …ребенок не прожил бы долго, – закончил Светлан. – Слишком высоки ставки.

– Именно, – подтвердил Луи. – Принцессу еще можно как-то использовать, а вот от принца…

– С ума можно съехать от таких мотивов, – проворчал богатырь. – Хорошо, у меня здоровья – вагон.

Недолго помолчав, король продолжил:

– Филипп был добрым человеком, вдобавок бездетным. Он охотно приютил сироту, а полюбил ее точно дочь. Хотя если бы знал, сколько бед принесет это его королевству!..

– Жизнь вообще сплошные проблемы, – заметил Светлан. – Зато теперь кто-то помнит его как отца, а многие чтят. Не так и плохо для простого короля. Но с племянником ему не повезло. И потакал Филипп тому, как ты – своему братцу. А чем это кончилось, помнишь?

– Не думаю, что Людвиг сейчас – угроза, – возразил Луи. – Твоими стараниями он лишился всего, включая Орден. Какой от него ныне вред?

– Все ж он – твой родной брат. А если завтра ему предложат трон? Для заговорщиков Людвиг – прямо подарок.

– Да что им мешает сменить династию?

– Разве не ясно? – удивился Светлан. – Это потребует гораздо больших усилий. Все аристократы помешаны на генеалогии, а потому крайне щепетильны в вопросах престолонаследования. И посягнуть на законную ветвь… Да что я тебе объясняю!

– Все равно тут ничего не изменишь, – заявил король. – Не убивать же Людвига? Жизнь августейшей особы священна.

– Любая жизнь священна… хотя тебе этого не понять. Ну отправь его подальше, – предложил Светлан. – В какую-нибудь очень восточную страну. Заодно и кругозор расширит.

– Придет время, и я решу, что делать с братом, – молвил его величество. – А пока хватает иных проблем.

– Откладываем на потом, да? Как это знакомо!

– Но ведь я прав. Сейчас не до Людвига.