Карана закашлялась, пробудив Магрету от невеселых мыслей. Та посмотрела Каране в глаза и с горечью подумала о том, как мало, в сущности, она может рассказать этой девушке.

— Мне необходимо раздобыть одну вещь, которая сейчас находится у Иггура. Она принадлежит моей госпоже и сейчас ей очень нужна. Когда мы доберемся до Фиц Горго, ты благодаря своим способностям поможешь мне попасть в крепость.

Карана не верила своим ушам.

— Но ведь Иггур один из самых опасных властителей на Мельдорине, и к тому же он мансер!

— Моя госпожа сильнее его, — ответила Магрета. — А я неплохо знакома с Тайным Искусством. Трудно будет мне, но ты ничем не рискуешь. Тебе не понадобится приближаться к стенам Фиц Горго ближе чем на лигу, — добавила она с озабоченным видом. — Я очень прошу тебя помочь мне. Ты просто не знаешь, в каком я сейчас положении. Фечанда и так считает, что я ни на что не гожусь, и я просто обязана выполнить это задание.

Просьба тронула доброе сердце Караны, на которую не подействовали бы угрозы или приказы, но она по-прежнему не видела в подобной авантюре ничего привлекательного.

— Я не люблю прятаться и воровать, — сказала она, — да и не умею. Тебе придется обратиться к кому-нибудь другому.

— Это бесчестно, — проговорила Магрета ледяным голосом, — значит, твои обещания ничего не значат. Я была о тебе иного мнения… И все же у тебя нет выбора. Я не знаю других чувствительников.

— Ты просишь меня об услуге, которая не идет ни в какое сравнение с тем, что ты сделала для меня, — в отчаянии возразила Карана. — Придумай что-нибудь еще, и я сделаю для тебя все, что угодно.

— Если не ошибаюсь, раньше ты говорила то же самое.

— Но ты просто заплатила за меня деньги, которые я вернула. Ты же просишь меня рисковать жизнью.

— «Просто заплатила деньги!» Нет, вы только ее послушайте! Я спасла тебе жизнь! Когда ты заболела, я выходила тебя, рискуя подхватить лихорадку! Я довезла тебя до Туркада, положила тебе в карман деньги и нашла надежных людей, которые отвезли тебя домой. Дело вовсе не в деньгах!

Выхода не было. В свое время Карана не могла себе даже представить, что ее поймают на данном слове.

— Осенью я собираюсь в Чантхед, — сказала она, пытаясь найти хоть какую-нибудь причину для отказа.

— Значит, развлечения для тебя важнее долга? До чего же вы странные в Баннадоре! Но, как бы то ни было, к осени мы уже вернемся.

— У меня много дел.

Но Магрета была неумолима:

— У тебя есть управляющий. Ведь когда мы с тобой познакомились, ты уже несколько лет провела вне дома!

— Он очень состарился. К тому же у меня совсем нет денег. После четырех лет засухи у меня не осталось ни гринта.

— А на то, чтобы прохлаждаться в Чантхеде, деньги у тебя есть!.. Не волнуйся, я оплачу все расходы и хорошо заплачу тебе за услуги. Ты получишь в два раза больше, чем получил бы за такие же услуги любой другой чувствительник.

— Ты мне заплатишь? — переспросила Карана. В воздухе таяли ее последние аргументы.

— Четыре серебряных тара в день на протяжении шестидесяти дней. Они будут у тебя в Сете на обратном пути… Что ж, спрашиваю еще раз: ты собираешься сдержать свое слово?

Удивленная подобным предложением, Карана молчала. Всю жизнь она мучилась от недостатка денег. А теперь речь шла о целом состоянии, которого ей хватит для того, чтобы поправить дела в поместье, и все же она предпочла бы никуда не ездить и остаться.

После нескольких лет странствий Карана соскучилась по своему спокойному дому, полюбила одиночество, которым могла наслаждаться в горах, возвышающихся в нескольких милях от замка, и ощущение, что она сама себе хозяйка. Магрета была человеком эгоистичным и черствым. Не говоря уже обо всех опасностях, которые сулил Фиц Горго, месяцы, проведенные в ее обществе, представляли не очень радужную перспективу. Но Карана понимала, что Магрета не отступит и в конечном итоге ей, за деньги или бесплатно, все же придется выполнить просьбу Магреты. Она обязана была сдержать свое слово. Для Караны это было делом чести.

— Хорошо, — неохотно вымолвила снедаемая недобрыми предчувствиями Карана.

— Тогда поклянись самым святым на свете, что будешь верой и правдой служить мне, пока поручение не будет исполнено.

Отца Караны Галлиада, которого она очень любила, убили в горах, когда ей было всего восемь лет от роду. Он был забит насмерть из-за нескольких жалких гринтов, и для Караны память о нем была священна.

— Клянусь памятью своего отца, — сказала совершенно подавленная девушка.

Итак, все было решено. Карана дала подробные инструкции ужасно расстроенному Рахису, привела в порядок свои дела и на рассвете вместе с Магретой покинула Готрим.