П а в е л. Пойдём в сад со мной?

Д е в и ц а. Боюсь я тебя.

П а в е л. Чем я страшней других?

Д е в и ц а. Кудряв больно.

П а в е л. Идём, ну?

Д е в и ц а. Что ж, можно...

З а х а р о в н а. О, господи... И ничего не можешь, ничем не помешаешь...

С т а р и к (идёт, заглядывая в сад). С кем это она?

З а х а р о в н а. С хозяйским сыном.

С т а р и к. Мм... Лошадь! Чего не спишь?

З а х а р о в н а (вставая). А ты?

(Старик, не ответив, присел на лавку под окнами. Захаровна, сердито посмотрев на него, ушла в кухню.)

М а с т а к о в (в окне). Антон!

С т а р и к (вздрогнул, но не встал, не обернулся). Чего?

М а с т а к о в. Что же будет?

С т а р и к (не глядя на него). Сотряс я твою жизнь, Гусев, во прах сотряс, а?

М а с т а к о в. Чему радуешься, подумай!

С т а р и к. Ты - года гнездо каменное строил себе, а я - в один день всё твоё строение нарушил!.. Кто сильнее - ты, богач, аль я - бездомный бродяга, кто?

М а с т а к о в. Чего тебе надо, чего? Неужели только казнить меня?

С т а р и к. А ты вот тресни меня по голове, сверху-то тебе ловко это...

М а с т а к о в. Подумай - около меня до трёх тысяч человек кормится...

С т а р и к. И тебя не будет - прокормятся! Народ хозяина найдёт!

М а с т а к о в. Я - значительный человек...

С т а р и к. Это - в людях. А перед богом - значителен?

М а с т а к о в. О том богу судить, а не тебе.

С т а р и к. И не тебе тоже.

М а с т а к о в. Чего ты хочешь?

С т а р и к. Дай подумаю... потом скажу. Вон - приятель твой идёт, пьяница этот...

Х а р и т о н о в (заспанный, измятый, идёт из сада, увидав издали Мастакова в окне). А я прилёг вздремнуть в беседке, да и - того. Вдруг слышу голоса... м-да... Открыл глаза, гляжу на часы, а уж около полуночи! Стало быть, я здесь ночую...

(Мастаков исчез.)

Х а р и т о н о в. Вежливо! (Присел на крыльцо, позёвывая.) Ну, что же, старче, ходишь, бога хвалишь, кур воруешь?..

С т а р и к. В похвале нашей бог не нуждается, ему покаяние нужно.

Х а р и т о н о в. Покаяние? Гмм... А ежели мне не в чем каяться?

С т а р и к. Врёшь!

Х а р и т о н о в (рассердился). Ты что как говоришь, старый пес? Я с тобой вежливо, а ты...

С т а р и к (встал и идёт на крыльцо). Пусти... Ну!

Х а р и т о н о в (невольно отодвигаясь). Постой, да ты чего это...

(Старик прошёл мимо него, задев его полой.)

Х а р и т о н о в (встряхиваясь). Ах ты, негодяй, а?

(Павел идёт из сада оживлённый, за ним - Девица.)

Х а р и т о н о в. Что это за старичишка дерзкий явился тут у вас?

П а в е л. Он вотчима давно знает...

Х а р и т о н о в. Ну, так что? И я его давно знаю!

П а в е л. Ещё в молодости...

Х а р и т о н о в. В молодости? Ну?

П а в е л. Приятелями были...

Х а р и т о н о в (задумчиво). Так... Мм... Это он сам сказал?

П а в е л. Она вот...

Х а р и т о н о в (присматриваясь к Девице). Она? А отчего это не спят все?

П а в е л. Яков спит.

Х а р и т о н о в. Где?

П а в е л. У меня.

Х а р и т о н о в (помолчав). Квасу бы выпить или чаю...

П а в е л. В столовой самовар кипит.

Х а р и т о н о в. В полночь-то? Гм...

(Встал, идёт в кухню, манит Павла за собою, Павел неохотно следует за ним. Девица стоит у крыльца, мечтательно улыбаясь. Из кухни выглянула Захаровна.)

Д е в и ц а. Поди-ка сюда!

З а х а р о в н а. Что?

Д е в и ц а. Посиди со мной...

З а х а р о в н а. Спать пора.

Д е в и ц а. Ничего, посиди! (Помолчав.) Паренёк-то этот...

З а х а р о в н а (тревожно). А что?

Д е в и ц а. Хорош. Ласковый.

З а х а р о в н а. Он что тебе говорил?

Д е в и ц а. Так, разное...

З а х а р о в н а. А всё-таки?

Д е в и ц а. Ну, сама знаешь, что девицам говорят.

З а х а р о в н а. О, господи Исусе... Да ты... (Сдержалась.) Ты с ним много не болтай про вотчима-то...

Д е в и ц а. Больно мне нужно.