М а с т а к о в. Старик этот знал меня в то время...

Х а р и т о н о в. Вот оно что! Ч-чорт! Что же... Много просит старик, а?

М а с т а к о в. Ничего не просит. Донести он хочет на меня.

Х а р и т о н о в. Донести? Ого...

С о ф ь я М а р к о в н а. Аким Лукич, я убедительно прошу вас молчать об этом...

Х а р и т о н о в (подавлен). Господи - я же не дурак...

С о ф ь я М а р к о в н а. Ведь вы не захотите поссориться со мной да?

Х а р и т о н о в. Эх, полковница...

С о ф ь я М а р к о в н а (значительно). Итак - вы молчите? А я завтра же начну хлопотать по этому делу...

М а с т а к о в. О чём тут хлопотать?

Х а р и т о н о в. Н-ну, история...

М а с т а к о в. Скажи, Яким, - можно меня простить?

Х а р и т о н о в. Да ведь я... что же я...

М а с т а к о в. Веришь ты в невиновность мою?

Х а р и т о н о в. Если бы я решал... Простить... я же ничего не знаю, не понимаю! И, главное, не я тут решаю, а множество людей! Газеты, знаешь... Ежели одному простить - все взвоют: а мы? Вот в чём дело!

С о ф ь я М а р к о в н а. Ну, довольно, Аким Лукич. (Мастакову.) Идёмте!

М а с т а к о в. Сейчас...

Х а р и т о н о в. Вы не сердитесь, полковница. Разве я что-нибудь разрешаю? Я просто хочу сообразить. Все заорут: и нас простите... Тогда такая юрунда начнётся... Вы меня в город не возьмёте?

М а с т а к о в. Ты хотел остаться ночевать?

Х а р и т о н о в. Могу и ночевать... что же? Где это Яков?.. Яша!

(Поспешно идёт в кухню.)

С о ф ь я М а р к о в н а. Зачем вы сказали ему, зачем? Ведь я убеждала вас!

М а с т а к о в. Хочу в мыслях моих утвердиться. Вот - видели? Кум, приятель, а - как испугался, а? Да ещё я ему про каторгу не сказал...

С о ф ь я М а р к о в н а. Пустой человек. Если он... он не может сделать ничего дурного вам!

М а с т а к о в. Потому, что у вас его векселя? Захочет - сделает. Бывший друг - злейший враг.

С о ф ь я М а р к о в н а. Ну, довольно! Завтра утром вы приедете в город, завтра же сделаем заявление прокурору...

М а с т а к о в. Что мне прокурор? Мне - перед вами стыдно.

С о ф ь я М а р к о в н а. Оставьте это! Вы должны помнить, что я люблю вас, люблю и буду защищать...

(Мастаков молча целует руки ей.)

С о ф ь я М а р к о в н а. У меня есть связи, есть деньги, и главное с вами моё сердце. Я не отдам вас этому старику на истязание. Он считает себя мстителем, он - страдал! Ненавижу страдание. В нём нет правды, нет! Дорогой мой, - больше спокойствия, и верьте в меня. Не отдам вас... Вы слышите?

М а с т а к о в. Вышло так, что я обманывал вас, самого близкого человека...

С о ф ь я М а р к о в н а (сердито). Довольно же! Надо больше верить в людей...

М а с т а к о в. Я знаю их лучше вас.

С о ф ь я М а р к о в н а. Они добрее, чем вы думаете...

М а с т а к о в. Все меряют жизнь своим горем, все к чужому глухи. Все живут обидами, и каждый ищет - кому отомстить за обиду свою... Нет, я пропал! Я спокойно говорю - я пропал!

С о ф ь я М а р к о в н а. Дайте руку... На счастье! Милый, мы победим...

М а с т а к о в. Софья Марковна - поцелуйте меня, Христа ради!

С о ф ь я М а р к о в н а. Что за глупости? При чём тут - Христа ради?

М а с т а к о в. Господи... как бы любил я вас... Как бы жили мы...

(Обнялись крепко. Из кухонной двери на них смотрят Харитонов и Яков, очень испуганный.)

С о ф ь я М а р к о в н а. Ну - я еду! Держите себя в руках, милый! Завтра - увидимся. Помните о Захаровне, не спускайте глаз с неё понимаете? Это - удивительный человек... Ну, проводите меня до лошадей. Милый мой - я понимаю, как вам трудно, но - надо уметь защищаться. Помните: вас ждёт счастье. Я это знаю, это в моих руках, клянусь вам! Ведь вы любите меня, да? Да?

М а с т а к о в. Сердце вы моё милое...

С о ф ь я М а р к о в н а. Старик - замучен, он больной, болен от злобы, неизлечимо болен. Он может только страдать, он ни на что не способен, кроме этого; страдание для него профессия, мастерство. О, таких людей много! Они любят страдание, потому что оно даёт им право мстить, право портить людям жизнь. Нет людей самолюбивых более, чем несчастные...

М а с т а к о в. Так ли? Не знаю. Вот я - несчастен. А разве я люблю себя? Не умею. Нет, бросьте всё это, не говорите. Прощайте! Какой радостью были вы для меня!