Ги Вексий наклонился к огню, вынул кочергу из пламени и взмахнул ею как мечом, так что она произвела шипящий звук и ее раскаленный докрасна кончик прочертил во мраке дугу света.

— Томас, а ты никогда не задумывался о том, чтобы помочь мне?

— Помочь тебе?

Вексий подошел поближе. Он по-прежнему размахивал железным прутом, так, что раскаленный металл оставлял в темноте след, как от падающей звезды, за которой тянулся тонкий шлейф дыма.

— Твой отец, — продолжил он, — был старшим братом в семье. Ты знал об этом? Будь ты законнорожденным, титул графа де Астарак по праву принадлежал бы тебе.

Он опустил кончик прута к самому лицу Томаса, так, что тот ощутил опаляющий жар.

— Давай действовать вместе! — пылко призвал Ги Вексий. — Расскажи мне, что знаешь, помоги вернуть книгу, и мы сообща отправимся на поиски Грааля.

Он присел перед братом на корточки.

— Мы должны возвысить нашу семью, Томас, — тихо, но с жаром произнес он, — возвысить превыше всех прочих родов в христианском мире. Могущество Грааля позволит нам возглавить новый Крестовый поход против неверных и покончить с ними навсегда. Томас, мы двое — помазанники Господа, хранители Грааля, и если мы объединимся, о нас долго потом будут рассказывать как о величайших святых воителях, каких когда-либо знала церковь. — Голос его звучал красиво, почти музыкально. — Ты поможешь мне, Томас?

— Нет.

Прут приблизился к правому глазу Хуктона, настолько близко, что казался ему мрачным раскаленным солнцем, но лучник не дрогнул. В том, что кузен действительно вознамерился выжечь ему кочергой глаз, он сомневался, но зато был уверен, что Ги Вексий хочет, чтобы Томас вздрогнул. А потому не шелохнулся.

— Твои приятели ушли от погони, — сообщил Вексий. — Представь себе, мы отправились за ними с отрядом в пятьдесят человек, но они каким-то образом ухитрились скрыться в лесу.

— Вот и прекрасно.

— Но единственное, что они могут сделать, — это отступить в Ла-Рош-Дерьен, а там они окажутся в ловушке. Которая очень скоро захлопнется.

Томас промолчал. Прут остыл и потемнел, и лучник наконец решился перевести дух.

— Как и все Вексий, — заметил Ги, убрав кочергу и поднявшись, — ты отличаешься отвагой, а также порядочной глупостью. Тебе известно, где находится Грааль?

— Нет.

Ги Вексий устремил на кузена пристальный взгляд, словно бы оценивая полученный ответ, а потом пожал плечами.

— Как ты думаешь, Томас, Грааль существует?

Помолчав, Томас дал ответ, в котором весь день отказывал де Тайллебуру:

— Да.

— Ты прав, — сказал Вексий, — ты прав. Он действительно существует. Мы владели им, а твой отец похитил его. И теперь только ты знаешь, как его найти.

— Я ничего об этом не знаю! — запротестовал Томас.

— Но де Тайллебур тебе не поверил, — заметил Вексий, опустив кочергу на стол. — Де Тайллебур жаждет Грааля, как голодающий хлеба. Он мечтает о нем. Он бредит чашей и видит ее во сне.

Помолчав, Вексий улыбнулся.

— Когда боль станет невыносимой, Томас, а этот миг обязательно настанет, и когда ты пожелаешь смерти, а это тоже не за горами, скажи де Тайллебуру, что раскаиваешься и хочешь стать моим человеком. Тогда боль прекратится, и ты будешь жить.

Значит, это Вексий подслушивал за дверью, понял Томас. И завтра он будет подслушивать снова. Хуктон закрыл глаза. «Pater, — стал молиться он, — si vis, transfer calicem istem a me». Он снова открыл глаза.

— Почему ты убил Элеонору? — прозвучал вопрос.

— А почему бы и нет?

— Нелепый ответ, — огрызнулся Томас.

Голова Вексия дернулась, словно от удара.

— Потому, что девушка знала о нашем существовании, — пояснил он. — Вот почему.

— О вашем существовании?

— Элеонора знала, что мы в Англии, знала, что именно мы ищем, знала о нашем разговоре с братом Коллимуром. А ведь проведай король Англии о том, что мы ищем Грааль в его королевстве, у него нашлись бы средства нас остановить. Эдуард заточил бы нас в темницы, и мы оказались бы в том же положении, что и ты сейчас.

— Ты что, считаешь, будто Элеонора могла рассказать о вас королю? — недоверчиво спросил Томас.

— Самое лучшее, по моему мнению, — это чтобы никто не знал о нашем появлении и никому ничего не мог рассказать. Однако плохо другое, Томас. Старый монах только и смог, что рассказать нам о твоем существовании. Представь себе долгий, утомительный путь, убийства ни в чем не повинных людей, необходимость сносить капризы шотландской погоды, и все это лишь ради того, чтобы услышать о твоем существовании! Старик ничего не знал о местонахождении Грааля, не имел малейшего представления о том, куда твой отец мог его запрятать, но зато он знал о тебе, и с той поры мы принялись искать молодого Хуктона. Отец де Тайллебур хочет допросить тебя, Томас, он хочет добиться, чтобы ты кричал от боли, пока не расскажешь ему всю правду, которой, как я подозреваю, ты попросту не знаешь. Но я не хочу, чтобы ты страдал. Я хочу, чтобы мы подружились.