Но священник подошел к дальней стене, так что письмена оказались прямо над его головой, и, указывая поочередно на каждую строчку, прочел их по-латыни и перевел на английский. Тогда смысл этих слов открылся мне полностью:

Душа моя исполнилась восхищения. Под сводами вновь зазвучала музыка, такая же радостная и ликующая, как и прежде. Я пытался противиться ее неодолимой силе, пытался не позволить ей захватить меня целиком, но очарование музыки победило меня. Магия латинских слов рассеялась, и я полностью отдался во власть музыки.

Выйдя из часовни, мы направились в жилище священника, находившееся в ризнице собора. Маленькая, жарко натопленная комната, в которой мы оказались, совершенно не походила на просторные опочивальни и трапезные залы, где мне приходилось бывать до тех пор. Подобные тесные, но уютные помещения я видел прежде лишь в придорожных харчевнях.

Устроившись у очага, я уже протянул к нему ладони, но тут вспомнил, как глава клана хотел сжечь меня, и поспешно спрятал руки под бархатный плащ.

– А кто такой Талтос? – неожиданно для себя самого спросил я, повернувшись к троим своим спутникам, сидевшим за столом.

Все они не сводили с меня глаз, но при этом хранили молчание.

– Ведь именно так вы меня назвали, – настаивал я. – И кто такой Эшлер, святой, который приходит в этот мир вновь и вновь?

Услышав последний мой вопрос, отец прикрыл глаза и с видом самого сурового осуждения покачал головой. Его отец, глава клана, судя по всему, едва сдерживал новый приступ гнева. И лишь священник по-прежнему смотрел на меня как на долгожданного посланца небес. Именно он нарушил молчание.

– Ты и есть Эшлер, сын мой, – произнес он. – Ты и есть святой, который с благословения Господа вновь и вновь обретает плоть, дабы вновь и вновь приходить в этот мир. Многократно рождаясь, он прославляет своего Создателя. Подобно Святой Деве, что понесла от Духа Святого, и пророку Илии, что был взят на небо живым, он попирает законы природы. Господь пожелал, дабы через женские чресла, а возможно, и через женские прегрешения ты вновь и вновь находил путь на эту бренную землю.

– Насчет прегрешений можно не сомневаться! – мрачно изрек глава клана. – Всякому понятно, что он появился на свет не без помощи ведьмы. И эта ведьма завлекла в свои сети члена нашего клана.

Отец мой, испуганный и смущенный, молчал, потупив голову. Я посмотрел на священника. Мне хотелось рассказать ему о своей матери, о том, что на левой руке у нее есть шестой палец, который, по ее собственному признанию, является ведьминой меткой. Однако я не осмелился. Я знал, что старый глава клана жаждет моей смерти. Я ощущал исходившую от него ненависть. И эта ненависть заставляла меня содрогаться сильнее, чем самый лютый холод.

– Не зря говорят, что Бог шельму метит, – процедил глава клана. – Моему сыну, будь он трижды проклят, удалось сделать то, что в течение столетий не удавалось сделать маленькому народу, живущему на холмах.

– Разве ты видел, как желудь падает с дуба? – вопросил священник. – Откуда ты знаешь, что это оборотень, а не плоть от плоти твоей? На чем зиждется твоя уверенность?

– У нее было шесть пальцев, – едва слышным шепотом признался мой отец.

– И ты делил с ложе с ведьмой! – презрительно бросил глава клана.

Отец мой кивнул и прошептал, что она занимала весьма высокое положение, но имя ее он не имеет права открыть. Одно лишь он может сказать в свое оправдание: она обладала столь сильной властью, что сумела его запугать.

– Никому и никогда не говори об этом, – приказал священник. – Никто не должен знать, что произошло. Я возьму на себя попечение об этом благословенном ребенке. Позабочусь о том, чтобы он хранил незапятнанное целомудрие и никогда не прикоснулся к женскому телу.

Потом он взял меня за руку и отвел в маленькую теплую спальню, где мне предстояло провести ночь. Указав на кровать, священник вышел, заперев за собой дверь. Единственное в комнате крошечное оконце было сплошь покрыто морозными узорами. Однако сквозь него мне удалось разглядеть клочок темного ночного неба, усыпанного звездами.

Что означали все те странные и загадочные слова, которые мне только что довелось услышать? Я терялся в догадках. Вглядываясь сквозь заиндевевшее окно в темноту, в которой угадывались контуры леса и неровные вершины гор, я ощущал, как страх сжимает мое сердце. Мне казалось, я вижу, как зловещие маленькие существа выходят из своих укрытий. Я слышал их голоса. Слышал барабанную дробь. Они били в барабаны, надеясь испугать Талтоса, сделать его беззащитным, окружить и захватить. Сотвори для нас великана, молили они. Сотвори для нас великаншу. Сотвори новых существ, которые накажут людей. Я видел, как они карабкаются по стенам, пытаются открыть окно, неумолимо приближаясь ко мне…