И никто не схватился за ствол. Может, в глубине души каждый из парней придумал какую-то свою причину, почему он этого не сделал — в качестве оправдания, но на самом деле просто никому не пришло в голову хвататься за оружие. Заблокировало, отшибло эту мысль, и всё. Даже Юрка, хоть и стоял с калашом наготове, не потянулся пальцем к спусковому крючку. Все замерли в тех позах, в которых застал их неожиданный гость, и смотрели на него.

А господин Фокс перешагнул порог, выбил из-под двери подпорку со словами «Не бойтесь, она не заблокируется», прошел на три шага вперед, отодвинул стул, уселся и закинул ногу на ногу.

— Я, конечно, понимаю, что время для разговора сейчас не очень подходящее, — начал он. — Вы все устали, Геннадий и Вадим особенно вымотались…

«И ты, разумеется, подгадал подходящий для тебя момент и решил этим воспользоваться», — подумал Роман. Но вслух своими соображениями предпочел не делиться.

— Вы больше всего настроены помыться и отдохнуть, — продолжал Фокс, — но, к сожалению, время поджимает. Отдых придется отодвинуть «на потом», — сказал он вроде бы понимающе и мягко, но под этой мягкой оболочкой проступали жесткие ребра непреклонности.

Хочешь — не хочешь, а придется подчиняться. Выбора хозяин не дает.

Дверь вдруг сама собой с тихим шипением чуть вдавилась в пазы, словно ее приподнял и втянул внутрь сервомотор. И тут же табло электронных часов над входом ожило и начало отсчитывать секунды.

Роман смотрел, как в крайнем правом окошке числа добежали до пятидесяти девяти, и в среднем один из нулей сменился единицей. Таймер включен…

Кажется, он сказал это вслух.

— Да, таймер включен, — подтвердил Фокс, — и у нас в запасе остается еще пятьдесят девять минут. И за это время вы должны будете принять решение… выбор за вами, но время ограничено. Так что давайте не будем тянуть, и перейдем к делу.

Бен рывком сел на койке.

А тем временем Завхоз перекинул калаш за спину, шагнул к двери и навалился на нее со всей силой, пытаясь сдвинуть запирающий механизм. Тот ни подавался ни на миллиметр. Юрка оглянулся на товарищей:

— Ром… Она не открывается…

— Конечно, нет, — ответил Фокс. — И не откроется, пока не закончим разговор. Извините за вынужденную меру, но мне было необходимо с вами побеседовать. А скажите честно — вот разве вы стали бы сейчас со мной говорить, если бы у вас была возможность отсюда выйти?

Вот теперь Юрка перекинул вперед калаш и навел на Фокса.

— Молодой человек, вот только этого не надо, — поморщился Фокс, устало и даже как-то презрительно. — Не щелкайте затвором. Мне вы этим не помешаете, только, не дай бог, рикошет попадет в кого-то из ваших друзей…

Завхоз все еще тискал в руках цевье; но и пустить автомат в ход не решался тоже. Да, Фокс прав — пули могут срикошетить от стен бункера. Но калаш практически упирается Фоксу в голову — не промажешь. А тот даже не пытается отодвинуться… Такое впечатление, что он действительно ничуть не боится выстрела в упор… Да кто же такой этот Фокс, в самом деле?!

Юрка с усилием отцепил плохо гнущиеся от волнения пальцы от скобы, закрывающей спусковой крючок. И неуклюже дернул крест-накрест кистью.

— И-и… Изыди! — выпалил он отчаянно.

Фокс рассмеялся — тихо, будто закашлялся.

— Молодые люди, а осиновый кол и серебряные пули у вас имеются? Давайте уж сразу вы опробуете их действие на мне, чтоб ваша совесть была чиста — дескать, «мы сделали все возможное, чтоб изгнать нечисть». И потом наконец поговорим о серьезных вещах. Времени остается все меньше.

— Юрий, положи ствол, — Роман встал с койки и на всякий случай, от греха подальше, перехватил калаш Завхоза. Тот послушно выпустил его из рук — раз старшой взял инициативу на себя, то тем лучше. Юрке так было проще.

— Что вы от нас хотите? — этот вопрос адресовался уже Фоксу.

— Хм, ваш вопрос несколько странно звучит. Особенно странно в свете того, что несколькими часами раньше вы через Геннадия сами обратились ко мне с просьбой о сотрудничестве. И я, собственно, пришел с ответом. Ваше предложение меня заинтересовало, — бодро начал Фокс. — Я и сам собирался с вами связаться, но вы меня опередили.

— А кого вы представляете? — поинтересовался Роман.

— Организацию, курирующую Зону. Я возглавляю там, образно говоря, отдел кадров.

— Что, и такая есть?

— Конечно. Если есть какая-то сфера деятельности, то она не может существовать сама по себе, она всегда находится в чьем-то ведении.

Роман задумался. Спрашивать, чья это организация, и удивляться тому, что он о ней не знает — бессмысленно. Ясен пень, это не его уровень допуска, потому и не знает.

А Генка тем временем, крякнув, приподнялся и окликнул Завхоза: