— А что мне, по-твоему, делать с заблудшим агнцем?

И тут Али увидела. Он был настоящий Сатана.

Он с самого начала увел ее с пути. Она сама себя увела. Изучая собственные карты, читая алфавит хейдлов, расшифровывая их письмена, Али уверовала, что понимает законы этого мира. Школярское заблуждение, что слова — это и есть мир. Перед ней была легенда с тысячей ликов. Добрый и злой, дающий и берущий, человек и хейдл.

Айк, не поднимая головы, опустился на колени.

— Пощади эту женщину, — попросил он.

В его голосе слышалась боль.

Томас был холоден:

— Какая самоотверженность!

— Она тебе пригодится.

Али потрясло не то, что Айк за нее просит, а то, что она, оказывается, нуждается в заступничестве. Всего несколько минут назад Али не сомневалась в своей безопасности. А теперь на ее волосах — кровь Айка. И не важно, насколько глубоко она продвинулась в своем исследовании; жестокость здесь всегда превыше всего.

— Пригодится, — согласился Томас.

Он погладил ее волосы, и доспехи зазвенели, словно подвески на люстре. От его властного прикосновения Али вздрогнула.

— Она восстановит нашу память. Расскажет мне тысячи преданий. С ее помощью я вспомню обо всем, что украло у меня время. Как читать древние рукописи, как выдумать державу, как привести народ к величию. Столь многое ускользнуло от моего сознания. Как все было вначале. Лицо Бога. Голос, слова.

— Бога? — прошептала Али.

— Называй его как угодно. Шекина, [31] бывший прежде меня. Воплощенное божество. Тот, кто был до начала времен. У самых истоков моей памяти.

— Вы его видели?

— Я — и есть Он. Память о нем. Жестокий уродец. Похожий больше на обезьяну, чем на Моисея. Но, как видите, я позабыл. Нельзя помнить собственное рождение. Мое первое рождение — и есть я сам.

Голос его обволакивал, как облако.

Первое рождение? Голос Бога? Али не понимала этих загадок; она вдруг почувствовала, что и не хочет понимать. Ей хотелось домой, хотелось уйти из этого ужасного места, хотелось быть с Айком. Почему-то судьба забросила ее в самое лоно планеты. Всю жизнь молиться Богу и вот оказаться здесь, в окружении чудовищ.

— Отец Томас, — начала Али; она не столько боялась, сколько не могла заставить себя произнести другое имя. — С тех пор как мы познакомились, я все время следую вашим желаниям. Я позабыла о своем прошлом, спустилась сюда, чтобы восстановить ваше прошлое. И я останусь здесь, как мы договаривались. Помогу вам расшифровать ваш мертвый язык. Ничто не изменилось.

— Я знал, что могу на тебя рассчитывать.

Однако Али видела, что ее самопожертвование для него лишь еще одно приобретение. Она покорно сложила руки, стараясь не смотреть на кровь в его бороде.

— Располагайте мной, пока я жива. Только взамен вы не должны причинять вред этому человеку.

— Ты требуешь?

— Вам он тоже пригодится. Айк поможет дополнить мои карты. Заполнить белые пятна. Может отвести вас куда угодно.

Айк слегка поднял голову.

— Нет, — сказал Томас. — Ты не понимаешь. Айк теперь сам не знает, кто он такой. Осознаешь ли ты, как это опасно? Для всех он — рабочий скот. Солдатам он нужен, чтобы убивать нас. Корпорациям — чтобы открывать наши территории и вести сюда убийц, которые заражают все. Заражают чумой. А он пытается скрыться от своего собственного зла, мечась меж двумя расами.

Позади Томаса улыбался чудовищный Исаак.

— Чумой? — переспросила Али.

Отчасти ей хотелось сменить тему, но она и вправду не поняла, о какой чуме речь.

— Вы принесли истребление моему народу. Оно следует за вами.

— Какая чума?

Томас сверкнул на нее глазами.

— Довольно лжи! — прогремел он.

Али отшатнулась.

— Совершенно согласен, — пропищал слабый голос из ноутбука.

Томас повернулся, словно на жужжание мухи. Увидев ноутбук, нахмурился.

— Что это? — прошипел он.

— Человек по имени Шоут, — объяснил Айк. — Хочет с вами поговорить.

— Монтгомери Шоут? — Томас выплюнул имя, как харкнул. — Я тебя знаю.

— Понятия не имею откуда, — сказал Шоут, — но у нас имеются обоюдные интересы.

Томас схватил Айка за руку и развернул его лицом к утесам.

— Где он? Близко? Наблюдает за нами?

— Тсс. Айк, ни слова, — предостерег Шоут, грозя с экрана пальцем.

Томас замер позади Айка, только поворачивал голову, вглядываясь в сумерки.

— Присоединяйтесь к нам, мистер Шоут, — пригласил он.