— Ты что, совсем сдурел? — не выдержал я, — Я еще жить хочу. А теки… кто поумнее в леса разбегутся. Жизнь заново начнут. А остальные… И вообще, кто виноват, что Петрович в дракона переселился? Твои ведь постарались?

— Ну мои, — согласился с железными доводами Мустафа.

— Вот и заткнись.

За чертой города творилось нечто невообразимое.

Не обращая никакого внимания на нас по сторонам разбегались еще живые теки, кто с тюками, кто пустой. А город охватило пламя. Горели дома, пылали постройки. И над всем над этим ворочалась громадная туша дракона. С душой простого русского председателя колхоза.

Вскоре зарево пожарища осталось далеко позади. Случайно попадавшиеся теки старательно избегали встречи с нами, быстро исчезая в кустах или среди деревьев. К полудню и они пропали. Ничего, подумал я, зверюшки плодовитые, оклемаются быстро.

Ангел застонал и свалился на землю.

— Не могу больше. Ног под собой не чую. Тяжело с непривычки то.

Конечно тяжело. Я и не возражал. Одно дело облачком по белу свету шляться, да советы непутевые разбазаривать, совсем другое своими ножками тюкать. Ну привал, так привал.

Зинаида немного покружила вокруг, затем присела рядом.

— Почему все так получилось?

— Ты обо мне?

— Да. Остаточная заложенная во мне программа говорит, что ты должен был поступить иначе. Где твоя сила?

Я принял лежачее положение и уже оттуда воззрился на девушку.

— Не идет ко мне вдохновение. Напутали вы там со своим обучением. Чувствую, что в голове всего полно, а достать не могу. Так, поверхностные навыки только.

— Надо что-то делать, — ишь, какая заботливая, — Без мощи Странника долго мы не протянем.

— Вот ты и думай, как из меня силушку вытащить. Гений компьютерный. Сама кашу заваривала.

— Но я не виновата, что произошел сбой. По всем критериям загрузка пошла нормально. Небольшое отклонение в копируемых связях, но я не думаю, что…

— Ты, Зинаида, мне голову ерундой не забивай. Если можешь что-то сделать, делай. Нет, отдыхай. И я вздремну.

Маленький шустрый бесенок ковырнул копытцем запруду, поднял камень и швырнул в меня.

Я стоял внизу и внимательно наблюдал.

Камень просвистел около уха.

— Уши оборву, засранец!

Бесенок только усмехнулся и запустил следующий булыжник. Более удачно. Острый камень рассек бровь, и глаз мгновенно залила кровь.

— Ну подожди, поганец, сейчас ты у меня попляшешь!

И не смог сдвинуться с места. Будто ноги приросли. Что за наваждение?

Следующий камень попал в грудь. Резкая боль захлестнула тело.

Я закричал, но подавился собственным криком.

А камни, брошенные меткой бесовской лапкой сыпались один за другим. И все точно в цель.

Лицо мое превратилось в кровавую маску. Тело в сплошной синяк. А град ударов не затихал. Наоборот, с каждой секундой увеличивался.

Я упал. Бесенок звонко засмеялся и принялся копытцами сбрасывать на меня камни, вперемешку с землей.

Запруда на глазах уменьшалась. Показалась вода. Она, вопреки всем теориям не стекала вниз, а продолжала, словно застывшая, бурлить наверху.

— Прекрати, прошу.., — взмолился я.

Но бесенок не обращал внимания. Лишь изредка хитро поглядывал на растерзанное внизу тело и старательно оголял столб воды.

Мне стало страшно. Вот сейчас запруда не выдержит, вода размоет останки земли и вся эта масса грохнется на меня.

Бесенок наклонился над последним камнем. Над ним, сплошной вертикальной стеной пенилась вода. Глазки существа озорно вспыхнули, он схватил камень и бросился бежать со всех ног.

Вода на некоторое время замерла, но я чувствовал, сейчас она осознает полученную свободу и устремиться вниз. Туда, где лежит растерзанное тело Странника.

Это мгновение пришло. Столб задрожал, и под смех бесенка, опрокинулся на меня, перемалывая под многотонной массой непрочные человеческие кости и мясо.

И сил осталось, только чтоб закричать…

— А-а-а!

— Все, все, все… Все хорошо, — Зинаида положила ладонь на мой залитый потом лоб, — Больше не будет больно.

Она убрала ладонь и я увидел, что ее рука вся в крови.

Попытался пошевельнуться, и страшная тупая боль заставила меня застонать.

— Слушай меня внимательно, Странник. Внимательно! — Зина приблизилась почти вплотную, и я уловил запах фиалки исходящих от ее волос, — Я не смогла помочь тебе раскрыться. Не все так плохо, но хотелось бы получше. Прислушайся к себе. Следуй мыслям своим. Там выход. Там спасение.