Я понимал друзей. Премся за каким-то непонятным, и существующим ли вообще, Сердцем. Плохо питаемся, плохо спим. И сколько еще впереди, неизвестно. Есть от чего упасть духом.

Но иногда везение приходит незаметно. Через пять часов перескакивания с кочки на кочку, Мустафа радостно возвестил :

— Дорога, чтоб мне сдохнуть.

Довольно широкая, насыпная дорога, словно желтая стрела пронзала серую гладь болот и исчезала в туманном горизонте.

— У нас есть что-нибудь по этому поводу?— поинтересовался я у Зинаиды.

— У меня нет, — задумавшись на мгновение, ответила девушка, — Я же не могла впихать в себя все файлы. Ты же и сам Странник. Вот и ройся у себя.

— Ты мне не груби, Зинаида!— строго одернул я дерзкую девчонку. Распоясалась тут, — Как брагу с Мустафой хлебать, это ты умеешь. А обычные географические сведения из тебя клещами не вытянуть.

Мустафа давно уже отплясывал на дороге, радуясь твердой плоти под ногами. Было бы с чег?.

— Хорош прыгать. Один твой шеф, может быть, знает, какие сюрпризы приготовила нам топь. Дорога, дорогой, но не забывайте, что мы не на увеселительной прогулке. Полчаса привал, привести амуницию в полный порядок, отдохнуть, перекусить, справить естественные надобности и в путь.

Сам я двинулся в кусты, чтобы сделать то, что сам приказал. Позади до меня донесся недовольный голос Зинаиды:

— Золушек нашел, Странник несчастный! Сделай то, сделай это…

Устали люди.

Но через полчаса, выстроившись ровной линией, мы дружно двинулись навстречу, (так и хочется сказать — новым приключениям и опасностям,) зловонию и тухлому запаху застоявшейся воды.

После неудобных лесных дорог, засасывающего песка и скользких каменный склонов, наше путешествие превратилось в легкую, немного скучную от невзрачности окружающего ландшафта, прогулку.

Иногда на обочину выпрыгивали из болота зверюшки, отдаленно напоминающие земных жаб, разве что покрупнее, да посимпатичнее. Они таращили на нас глаза и издавали не совсем лягушачьи крики. Попробую воспроизвести: –"Кха-ха-ха, кха-ха-ха. "

Мустафа поначалу старательно распугивал жаб, бросаясь на них с мечом, но потом и это занятие ему наскучило.

— Скукота!

Я не стал возражать ангелу. И в самом деле, скучновато.

Совсем невмоготу стало на следующий день, когда мы, переспав пару часиков, продолжили путь. Представьте, справа болота, слева — болота. Спереди и позади ровная, никуда не сворачивающая, без выбоин, без колдобин дорога. Казалось, радуйся! Так нет. Фактор монотонности дурно сказался на сплоченности нашей команды.

Первой не выдержала Зинаида. Баба.

— Я больше не могу.

Мы с Мустафой недоуменно переглянулись. О чем это она?

— Я больше не могу выносить этих дурацких болот, этих хрюконосов, — оказывается так назывались существа, которых я обозвал жабами. А больше всего я устала от вас.

Мы снова переглянулись. Но на сей раз с некоторым недовольством. А мы то при чем?

— Я натура сугубо творческая, — продолжала развивать тему кибердиво, — Я создала это тело, чтобы восхищаться жизнью, сражаться и, наконец, умереть за мужчин.

Зинаида соизволила бросить на нас уничтожающий взгляд.

— Как я ошибалась! За кого сражаться? За кого отдавать свою молодую жизнь? За двух.., — она правильно делает, что старательно подбирает слова. Одно неверное выражение и ей крышка. А собственно, о чем это я? –… филантропов (слово то какое, чудное!)? Нет уж увольте.

— Зин, может прекратишь ныть? Всем тошно от болот. Но ведь и они когда-нибудь закончатся? И снова станет весело.

— Эх! А называется… мужики. Да разве о том я мечтала? Об этой убогой жизни?

— Да что знаешь ты о жизни?— закипел Мустафа, — Все время на сенсорах да полупроводниках.

— А ты? — Зинаида в долгу не осталась и завелась с пол-оборота, — Ангел! Да ты такой же ангел, как…

Последовавший вслед за этим диалог не отличался ни тактичностью, ни выбором высказываемых выражений.

Я несколько раз попробовал открыть рот, но получил такой двойной поток литературных слов, что решил не ввязываться. Пусть два сапога сами разбираются. Но через несколько минут мне пришлось вмешаться и чуть ли не силой разнять друзей.

— У меня есть две новости для вас. Плохая и хорошая. С какой начинать?

Зинаида и Мустафа под устали в словесных баталиях и им не было никакой разницы.

— Хорошо. Начну с плохой. Вы самые последние дураки, если тратите свои силы на выяснение идиотских вещей. Я знаю, что все устали и всем надоела эта дорога. Но каждый из нас не выбирал свою судьбу. Так что, дорогие мои, придется смириться с настоящим и терпеливо ждать светлого и прекрасного будущего. Если, конечно, таковое имеется. Вот и молодцы. А что касается хорошей новости, она перед вами.