Шрифт:
Из толпы послышались возгласы:
– Кто этот шутник? Наверное, проходимец! Что он хочет сказать?
Стало тихо, и джентльмен стал восклицать:
– Леди и джентльмены!.. Вас обманывают! Осмелюсь даже сказать, на вас плюют!..
– Кто? Кто посмел?
– Подождите! А лучше послушайте… Я вам говорю… Это представление не что иное, как самый бесстыдный обман. Вы все заплатили от трех до шести долларов за место, но, клянусь славным именем моего отца, зрелище не стоит и цента!
Публику начал забавлять этот господин.
А тот продолжал еще громче:
– Посредственный спектакль, не так ли? Не стану оценивать работу профессионалов. Но справедливости ради просто обязан во весь голос заявить: любители выступили ниже всякой критики! Вы слышите, леди и джентльмены, – ниже всякой критики!
Подумайте только! Что представляет собой Манкиллер, так называемый убийца людей, один вид которого бросает вас в дрожь?
Это драный козел, он стоит двадцать долларов, не более. Да, да! Паршивое животное, в него только влили для бодрости две пинты [47] бренди… [48]
47
Пинта – мера объема жидкостей и зернового хлеба в США и Англии, около 0,5 литра.
48
Бренди – спиртной напиток типа коньяка.
А ковбои, эти жалкие молокососы? Все четверо сбежали, испугавшись клячи, хватившей слишком большую дозу бренди.
– Но как быть с тем несчастным? Его ведь убил Манкиллер!
– Он не мертвее, чем мы с вами, леди и джентльмены! Все происходящее – лишь дешевая комедия, «липа». Это я вам верно говорю!.. Что же касается Укротителя… вы так восторженно ему аплодируете… то знайте, он просто оказался ловчее тех четырех щенков и сумел оседлать животное, пьяное как…
– Как вы сами, сэр! – прервал Том, не понимая, куда клонит этот скандальный господин.
– Вы хотите сказать, что я нетрезв?!
– Вот именно, вы просто лыка не вяжете!
– Вы мне за это заплатите!
– Когда угодно!
– Сейчас же, немедленно… Если, разумеется, вы не трус!
Молодой человек пожал плечами, нахмурился, его лицо побледнело от гнева. Том внимательно посмотрел на незнакомца, продолжавшего болтать с невозмутимостью вороны, раскалывающей орехи. Ему было примерно лет сорок пять. Высокого роста, хорошо сложен, безупречно одет, красив, с ухоженными руками, он, конечно, джентльмен, только сильно под градусом.
Самые нетерпеливые из публики опять закричали:
– Но кто вы такой? Вы – проходимец! Почему вы на арене?
Незнакомец яростно отпарировал:
– Я проходимец?.. Да вы что?.. Чего я хочу? Прежде всего объяснить, что над вами смеются! Все показанные номера – сплошное надувательство: и безобидный взрыв, и так называемое спасение прелестной мисс Джейн… Ну а бахвальство присутствующего здесь мистера Тома…
– Доказательства! Требуем доказательств! – неслось с трибун.
– Ну что ж! Извольте! Афиши обещали дуэль, настоящий поединок не на жизнь, а на смерть между двумя джентльменами, согласившимися решить свой спор публично, перед вами, леди и джентльмены.
– Да!.. Да!.. Дуэль! Нам обещали дуэль! Мы хотим дуэли!
– Вы можете так кричать и просить бесконечно. Обещанного гвоздя программы не будет: дуэль не может состояться.
– Но почему? Скажите!
– Потому что поединок двух вооруженных людей опасен. Здесь обман исключен, ведь один из соперников должен погибнуть. Отсюда я делаю вывод…
– Какой? Говорите быстрей!
– Что директор цирка солгал, и обещание дуэли тоже очередной розыгрыш. Поединок не состоится!
Том, хранивший до сих пор презрительное молчание, приблизился к незнакомцу вплотную и громко спросил:
– Что за чепуху вы несете?
– Я сказал…
– Заткнитесь! Молчите, когда я говорю! Предупреждаю, что вы наложите в штаны, трусливый алкаш…
– Трус? Я трус? Клянусь памятью моего отца…
– Вы наговорили столько глупостей, лжи и оскорблений, что я требую удовлетворения. Здесь же, сию минуту, в присутствии почтенной публики.
– Гип!.. Гип!.. Гип!.. Урра! Да здравствует Том! – заорала толпа в предвкушении нового захватывающего номера.
Незнакомец приосанился, скрестил руки на груди и сказал хвастливо:
– Я уже убил четверых и если вам так угодно быть пятым…
– За мной пока не числится ни одной жертвы. Вы будете первой… Итак, согласны?
– О да, сэр!
– Ол райт!
Крайне возбужденная публика уже начала заключать пари.
– Сто долларов на Тома… Пятьсот долларов… тысячу… на… Эй вы, как вас зовут?