– Он и так идеально себя ведет! Никогда бы не подумал! Железная выдержка, никакого намека на ревность! Уже добился, чтобы снова стать ее врачом. А ведь это очень плохо для Аоллы, Креил. Я подозреваю, у нее и так есть психическая зависимость от Строггорна. Зачем усугублять?

– Он лучший врач Земли. Ты же сам это видишь. Не позволим сейчас, все равно рано или поздно возникнет ситуация, когда он будет ее лечить. И хорошо еще, чтобы это было просто лечение, а не психооперация.

– Вы не должны этого допускать, Советник, – тихо сказал Нигль-И.

– Меня скоро не будет. Ты же это знаешь. И некому будет ее защитить. Да и захочет ли она тогда защиты от Строггорна?

Лейла, одетая в серебристо-синее длинное вечернее платье, с тщательным макияжем и уложенными в высокую прическу волосами, подошла к первому шлюзу помещения, где находился Креил ван Рейн. Дальше ей не было дороги, потому что просить защитный костюм она не хотела, а пройти регрессию в другое тело – еще не могла. Она нажала клавишу телекома и попросила соединить ее с Нигль-И. Тот появился на экране почти мгновенно и сразу заулыбался, увидев, как она преобразилась.

– Ты прекрасна сегодня, как богиня!

– Льстец! – она сделал паузу, прежде чем продолжить. – Можно пригласить тебя в ресторан?

– Почему же нет? Я весь день просидел в Институте Синтеза – смертельная скука, они не понимают простейших вещей. Сейчас проверю еще раз воду, и могу быть свободен на пару часов.

– Так мало? – огорчилась Лейла.

– Ну тогда на всю ночь, – улыбнулся Нигль-И. – Так лучше?

– Намного, – тихо рассмеялась Лейла.

– При одном условии.

– Общение с моим отцом не идет тебе на пользу. Это ты от него научился ставить условия?

– Возможно. Ты не будешь пытаться требовать от меня больше, чем тебе в действительности нужно, – серьезно добавил Нигль-И. – Я поговорил с Аоллой и Креилом. Так что теперь ты меня не обманешь.

– Зачем ты обсуждаешь с посторонними наши отношения? – резко спросила Лейла.

– Какие же это посторонние? Твоя мать? Не убегай, я скоро.

Когда Нигль-И вышел из шлюза, он застал Лейлу беседующей с Этель. Та была откровенно взволнована видом снова помолодевшей дочери.

– Нигль-И, я совсем вас не знаю…

– Неужели? – улыбнулся инопланетянин. – Я вас оперировал во время флуктуации, Этель. Так что мы хорошо знакомы.

– Ой, правда? – удивилась Этель.

– Правда. Теперь вы меня начнете просить, чтобы я не обижал Лейлу?

– Вам уже надоели с подобными просьбами? – смутилась Этель.

– Как вы думаете? Если у моей подруги два отца и две матери? И все боятся, чтобы я ее не обидел?

– Извините нас, Нигль-И. Вы должны понять, это не каждый день, когда твоя дочь выбирает для себя инопланетянина. Это не так легко даже для нас.

– Понимаю, поэтому не обижаюсь. Не волнуйтесь, я ее не съем.

– Ну, об этом я не волнуюсь, – Этель вгляделась в прозрачно-синие глаза Нигль-И, в глубине которых сейчас пробегали мелкие искорки, и с облегчением рассмеялась.

Ресторан, в который Лейла привела Нигль-И, находился в США, в Майами. Она специально выбрала такое место, где бы их никто не мог узнать. Когда они вынырнули из Многомерности, было уже совсем темно. Где-то неподалеку плескался невидимый в темноте океан. В ресторанчике тоже было практически совсем темно. Только свечи на столах, прикрытые стеклянными плафонами, да камин в глубине, едва освещали помещение. Учитывая необычную внешность Нигль-И, ресторанчик такого типа был идеальным местом, где бы они могли спокойно посидеть. Лейла любила поесть мяса и заказала «гриль» – телятину, гребешки, различного вида колбаски, поджаренные на открытом огне. Уловив обеспокоенный взгляд Нигль-И, она показала ему меню, где блюда из настоящего мяса и овощные подделки были на разных страницах и имели совершенно разную стоимость. Лейла заказывала подделки, хорошо помня, что инопланетянин не ел мяса и вряд ли в своем присутствии одобрил бы не вегетарианский заказ.

Играла тихая музыка, Лейла пригубила большой бокал хорошо выдержанного красного вина и положила голову на плечо Нигль-И. А потом, после ужина, они еще долго кружились в медленном танце под экзотическую музыку ресторана.

Берег океана встретил их ласковым рокотом и мягким светом луны. Тут и там вдалеке, словно Летучие Голландцы, медленно возникали и исчезали проплывающие яхты.

Лейла опустилась на сухой мягкий песок, обхватив колени.

– Так странно, Нигль-И. Забывается обо всем плохом. И хочется, чтобы этот вечер никогда не кончался. – Ее мозг излучал тихую печаль.

– У нас будет много-много таких вечеров. – Он нежно обнял ее за плечи. Лейла притянула его лицо и глубоко поцеловала в губы. А потом потянула за собой, ложась на мягкий песок.

– Секундочку… – сказал Нигль-И, подхватывая ее на руки и одновременно проваливаясь в Многомерность. И еще через мгновение, он положил ее на кровать в ее спальне.

– Зачем ты меня утащил?

– Нельзя, чтобы нас застали посторонние.

– Мы бы почувствовали…

– И тогда бы пришлось удирать на глазах людей. Это не разумно, Лейла. Если хочешь заняться этим на берегу, нужно найти безлюдное место. Поискать?