Сейдж остановил такси и сел рядом с водителем. Мы с Беном устроились на заднем сиденье.

— Клиа, мне это все не нравится, — тут же забубнил Бен мне на ухо. — Это классическая «Плохая Идея»! Незнакомец везет нас неведомо куда, ни один человек в мире не знает, где мы, и у нас нет возможности с кем-то связаться, если потребуется помощь. Именно так люди попадают в статистические сводки!

— Именно так? — меня охватило замешательство: нас действительно везут неведомо куда, и что до меня, то я наверняка заблужусь в этих переулках, если буду возвращаться одна.

Бен лишь сердито пожал плечами.

— Ну, может, и в точности… Но все же…

Пока он подбирал нужное слово, такси остановилось на границе джунглей. Вокруг не было видно ни души. Сейдж вылез из машины и расплатился.

— Все выходим!

Бен выразительно посмотрел на меня. Он давал понять, что оставляет за мной окончательное решение. Я постаралась его ободрить, похлопав по колену, открыла дверцу и выбралась наружу.

Сейдж терпеливо дождался, пока такси скроется из виду и только после этого уверенно зашагал по тропинке в лес. Он явно считал само собой разумеющимся, что мы следуем за ним.

Прогулка по джунглям в полнолуние оказалась захватывающей, что я автоматически взялась за камеру.

— Лучше бы ты этого не делала, — заметил Сейдж, не оборачиваясь. — Ты же знаешь, я не люблю незваных гостей.

— Ну что ж, значит, я воздержусь от продажи этих снимков в журнал «Туризм и отдых», — сказала я, уже несколько раз нажав на спуск. — И к тому же необходимо как-то отвлечься от собственных ног, — мои туфли так и остались где-то на пляже, где я скинула их, чтобы танцевать на песке.

— Эй, я ведь предлагал тебя понести, — возмутился Сейдж.

— Нет, спасибо.

Мне казалось, что босиком я, как настоящая дикарка, буду нестись по джунглям неслышной тенью. Вместо этого каждый камень и острый сучок так и норовили впиться в мои бедные ножки на каждом шагу, и я то спотыкалась, то шипела от боли. Сейда каждый раз предлагал понести меня и получал отказ. Со стоической гримасой я ковыляла вперед.

Кажется, мы прошли не меньше десяти километров — во всяком случае, даже снимки уже не помогали мне отвлечься от израненных ног.

— Долго еще? — не выдержала я.

— Уже пришли.

Но я не видела впереди ничего, кроме деревьев.

— Ого! — вырвалось у Бена. Я проследила за его взглядом: он смотрел куда-то вверх. Не сразу до меня дошло, что стоявшие перед нами деревья одновременно являются опорами, поддерживающими скрытый высоко в ветвях домик из досок и стекла. Я тут же решила, что не видела ничего очаровательнее этой хижины.

— Ты живешь в доме на дереве? — С этими словами я тут же нацелила свой объектив на фасад чудесного домика, решительно отсекая возражения Сейджа еще до того, как он успел их сформулировать. — Это для меня, не для «Вестника архитектуры»!

— И на том спасибо! — сердито буркнул Сейдж.

Мы следом за ним поднялись по лестнице в дом. Хижина оказалась небольшой: под покатой крышей с окном помещалась единственная комната с деревянными панелями и скромная кухня. У одной стены находился большой камин, на других висело несколько картин. Четыре книжные полки делили пространство между книгами и какими-то безделушками. На рабочем столе стоял компьютер и другая оргтехника, но это явно был лишь необходимый минимум в уступку современным технологиям. Здесь не было телевизора — вместо него диван и кресла были развернуты лицом к большому треугольному окну из толстого стекла во всю стену. Из него можно было любоваться зеленой лесной чащей и тянувшейся вдалеке полоской белоснежного песчаного пляжа. Мы с Беном застыли перед окном с открытыми ртами.

— Какой вид… — выдохнула я. — Я бы отсюда никогда не выходила…

— Есть немного, — согласился Сейдж.

Я заставила себя отвернуться от катившихся к горизонту океанских волн и снова обвела взглядом комнату. Да, она выглядела уютной и обжитой, но в то же время какой-то безликой. Почему-то я вспомнила дома, которые снимали на время отпуска мои родители, когда я была маленькой. Лишь по едва заметным признакам можно было судить о хозяевах таких домов, но они были не различимы из-за бесконечной череды постояльцев. И я не могла понять: где же Сейдж в этом доме? Мне не терпелось обследовать его как можно подробнее.

— Ты нам покажешь свой дом? — спросила я.

— Нет, не покажу. Мы зашли сюда, только чтобы собраться в дорогу, — он снял с самой высокой полки какой-то том. Его корешок выглядел как у обычной книги, однако когда Сейдж положил его на стал оказалось, что это маленький сейф с цифровым замком. Он поднял крышку и вынул пачку конвертов, каждый из которых был помечен своим именем: Франклин Хобарт, Брайан Янси, Эверетт Сингер, Ларри Стечински… и именно этот конверт Сейдж выбрал и распечатал, а потом принялся раскладывать его содержимое по карманам и бумажнику.