На незнакомце был черный плащ, на манер французских, что носили еще во времена мушкетеров, наглухо скрывающий все его длинное тело. Капюшон был плотно надвинут на лицо, но когда существо сделало шаг в сторону молодых людей, Катя увидела то, что так сильно напугало Пашу. Лицо незнакомца было совершенно белым, не имея никаких живых красок. Глаза, пустые и прозрачные, бескровные губы. Это было истинное лицо смерти. Катя не выдержала увиденного и истошно закричала.

В этот же момент, Аверьянов обернулся, увидел свой кошмар. Он поднялся во всех рост. В два шага назад прижался к бордюру, перекрестился, и перемахнул через незначительную преграду.

Он бросился вниз, считая, что лучше такая смерть, чем еще один взгляд этого монстра. Раздался звук выстрела, пуля просвистела прямо над головой у чудовища, и Катя даже не успела осознать, что ее сознание помутилось в ледяных объятиях смерти.

Иштван летел по лестнице так быстро, словно за ним гнались полчища демонов. Он услышал крик, затем в портер кто-то свалился с верхнего яруса, весь зал наполнился перепуганными воскликами.

Иштван только успел поднять голову, и на миг обомлел. Он не видел лица гостя объявившегося в ложе, но он видел что этот кто-то душит Катю своими длинными руками.

Краем глаза, Иштван заметил, как Николай увидев ту же сцену выхватил револьвер, и пальнул в сторону ложи. Князь был отменным стрелком, но на этот раз он промахнулся, пуля просвистела всего в дюйме от головы убийцы. И все же это возымело свое действие, незнакомец шарахнулся назад, вынужденный отпустить свою жертву и исчез в темноте.

В минуту Иштван влетел в ложу, и увидел Катю, лежащую без чувств на полу. В руке она сжимала свое распятие, рядом лежал бинокль. Девушка была жива, но находилась в глубоком обмороке. На шее ее четко виднелись синие следы недавнего преступления. Жуткого монстра в ложе уже не было.

Следом в ложе появился Николай. Увидев сестру без чувств. Он опустился рядом.

— Вы видели кто это сделал? — не скрывая своей ярости спросил Николай.

Иштван не знал эту сторону личности князя. Его лицо исказила ярость, слепая, безудержная, Иштван был уверен, попадись ему сейчас на глаза преступник, князь растерзает его голыми руками.

— Я отвезу ее в безопасное место, — сказал Иштван подхватывая Катю на руки.

Николай не моргая посмотрел на Облича. Его скулы ходили ходуном, он едва сдерживался.

— Я дождусь жандармов. — князь нервно сглотнул и грубо схватил Облича за руку, — Если хоть один волос упадет с ее головы, вы будете отвечать передо мной. Вам ясно?

Иштван не любил когда ему угрожают, и всегда принимал открытые вызовы, но понимая чувства князя кивнул.

— Я отвечаю за нее своей жизнью. — сухо бросил Иштван, и исчез со своей ношей.

В санях он решил, что безопаснее будет отвезти княжну к нему в особняк. Когда он вошел, со своей ношей, Демидыч запричитал и заохал.

— Воды! Быстро в голубую! — крикнул Иштван поднимаясь по лестнице.

Он принес Катю в просторную гостевую комнату, отделанную в нежно голубых тонах, оттого и названную голубой, и бережно опустил на постель. Ее веки дрожали, но дышала девушка ровно и глубоко. Лишь изредка, из-за повреждения вызванного удушением, из ее горла вырывался хрип, она начинала кашлять, и когда все прекращалось, она вдруг снова успокаивалась.

В комнату вошел Оскар с кувшином теплой воды, тазиком и марлями. Иштван спешно протер виски и лоб девушки, заправив ей за ушко непослушную прядь волос. Он бережно намазал посиневшие участки шеи какой-то жутко вонючей мазью, принесенной Демидычем. А после он написал записку Великому князю.

Решение не ранит чувства августейшего родителя, перебились тревогой за девушку, и Иштван в записке написал:

«Ваше Императорское Высочество. Уважаемый Дмитрий Константинович! Смею сообщить Вам ужасные известия. На Екатерину Дмитриевну, неизвестный пытался совершить нападение. До разбирательства дела, считаю целесообразным оставаться княжне в моем доме, под надежной охраной. И.Облич»

Иштван подписался, запечатал конверт и отправил Демидыча с посланием к князю. До Михайловского было недалеко, и вскоре старик вернулся.

Позже Иштван встретился с Димитриевым. Перед этим строго настрого наказав слуге не отходить от больной, ни на секунду и глаз с нее не сводить.

— Кто? — только и спросил Иштван, когда вошел в кабинет, где ожидал его …

— Уже известный нам лже юнкер Аверьянов.

— Насмерть?

— Мгновенно. Доктор сказал, что один из стульев перебил ему позвонок, шансов у юнца не было.

Иштван тяжело вздохнул.

— Ты был там, видел кто это сделал? — встревожено спросил Димитриев.